Половина моей души

Виора может легко как проникнуть сюда сама, так и выманить Орсэя к себе и всё ему рассказать. На мой взгляд, будет лучше, если правду он узнает именно от вас.

Вместе

Весь следующий месяц я сознательно ограничивала своё присутствие в Диарнаре ночным временем, при этом не покидая пределов собственных покоев. Я понимала, что по отношению к Орсэю это было несправедливо: он не виноват в том, что его отец – мерзавец и подлец. Только вот у меня не было никаких моральных сил смотреть в глаза принцу, зная, что именно сделал Рэйегорн, и при этом не имея никакого права открыть Орсэю неприглядную правду.

Чтобы хоть как-то отвлечься, днём я всё больше времени проводила с Кеназ. Лесная дева отличалась замкнутым характером, однако охотно шла на контакт, стоило мне обратиться к ней с каким-либо вопросом. Оказалось, что этой прелестнице, которой на вид не дашь и тридцати, было больше тысячи лет, и она застала время, когда на магию не был наложен запрет и в каждом поселении жила, по крайней мере, одна ведьма.

– Люди глупы, – заметила Кеназ. – Отказавшись от магии, они отреклись от величайшего дара природы. И теперь расплачиваются за это своими жизнями.

От этих её слов моё сердце болезненно сжалось. В памяти сразу же всплыли перекошенные ненавистью лица односельчан. А ведь всю жизнь я только и делала, что помогала им. И если бы они не попытались меня убить, то, возможно, хоть кого-то моя магия смогла бы спасти.

Кеназ с отчётливой тоской рассказывала мне о былых временах, когда в долине Эйрэдиан кипела жизнь: здесь мирно сосуществовали друг с другом феи, единороги, лесные и водные духи.

Люди, попав в беду, без тени страха приходили сюда за помощью, будь то лечение или призыв дождя в засушливую погоду.

Благодаря Труару мои познания в области использования магии значительно увеличились. Однако это была человеческая магия. И мне стало интересно, отличается ли она от той, что используют лесные духи? Кеназ согласилась поучаствовать в моих исследованиях, и путём проб и ошибок мы определили, что, да, различия в наших силах есть и весьма значительные.

Что не помешало мне перенять у Кеназ несколько лекарских техник, а также овладеть на простейшем уровне управлением стихиями воды и воздуха и исполнить давнюю мечту – научиться летать. Сама Кеназ, будучи духом земли, в совершенстве управляла именно этой стихией, оказавшейся мне практически полностью недоступной. Максимум, на что я была способна – немного ускорить рост какого-то растения.