Отравленная кровь

Да уж в наслаждении илларцы знают толк. Даже не дают своей Богине одеваться, чтобы ничто не помешало любоваться ее прелестями.

— Ну, и, конечно, — сказала Верда, — Богиня должна быть девственна. Это важное условие.

— А если не будет?

— Значит, не станет Богиней. За этим строго следят.

Казалось бы, вот он выход. Переспи с кем-нибудь и не быть тебе Богиней. Почему Эль в свое время этого не сделала? Ведь быть Богиней ей в тягость. Это даже Рейн понял. Но что-то ее остановило. Или она не нашла подходящей кандидатуры, или испугалась наказания.

— А что происходит с бывшими Богинями? — уточнил Рейн.

— Бывших не бывает. В двадцать пять лет воплощение Богини уступает место своей сменщице.

— Каким образом?

— Она отправляется в нежизнь, чтобы потом возродиться.

— То есть ее убивают?

— Приносят в жертву. Это очень красивый обряд. Тебе понравится.

Рейн сильно сомневался, что нечто подобное может ему понравиться. Ему в принципе противно убийство, а убийство молодых девушек тем более.

У иных в двадцать пять жизнь только начинается, а здесь ее обрывают. Он и сам был немногим старше – всего двадцать семь лет, и считал, что лучшие годы еще впереди.

По его подсчетам жить Эль осталось семь лет. Да и то, как жить, существовать бессловесной статуей.

— Хватит о Богине, — Верда потянулась к нему. — Давай о нас.

Верда потянулась к ремню его брюк. Терять время она явно не привыкла. Рейн опомниться не успел, а она уже прижалась к нему всем телом, мурлыча как сытая кошка.

Возник соблазн согласиться. Соскучился он по женскому телу. Здесь в коморке, куда Верда его завела, их никто не потревожит. Но что-то мешало прикоснуться к девушке. Ни ее мягкие губы, ни умелые руки не тронули Рейна.

Злясь на себя самого, он сделал вид, что ему срочно нужно вернуться к госпоже. Она куда-то собиралась, а ему велено везде ее сопровождать.

Но Верда не сдавалась: оплела его шею руками и лезла с поцелуями. Пришлось буквально отдирать ее от себя.

Грубо, но действенно. А потом бежать со всех ног прочь из каморки, пока она снова к нему не приклеилась.

Едва Рейн вышел в коридор, как столкнулся с Эль. Она шла навстречу со шлейфом служанок. Госпожа увидела его вместе с Вердой, и Рейну стало неловко, словно он нарушил клятву. Так и тянуло объяснить, что ничего между ними не было. Но кому нужны его слова? Эль равнодушно скользнула по ним взглядом и кивнула, чтобы заняли место в эскорте.