Восхождение

– А кто семью развалил?

– Сама развалилась… мы оба поняли, что нам не по пути, все общее изжило себя, перестало быть общим. Она теперь другая, я тоже, наверное, изменился. В конце концов она не стерпела и ушла, а я не держал.

– Жалеешь?

Эрик пожал плечами, посмотрел в потолок. Он и сам себе не мог ответить на этот вопрос. Если вернуться в то утро, когда случилась размолвка, поступил бы он по-другому? Остановил бы ее? А разговор в кафе… тогда выдался шанс исправить положение, но он опять позволил ему просочиться сквозь пальцы.

Ничто внутри не откликалось признаками сожаления, но на душе тем не менее было скверно; а сейчас, когда вспомнились события последних дней, стало еще хуже. Может, сожаление все же имелось, но, вытесненное досадой и разочарованием, пряталось где-то глубоко в недрах подсознания? Так глубоко, что и не разглядеть?

– Это она – Ида? – не дождавшись ответа, спросила Софья.

Эрик покачал головой, мечтательно улыбнулся.

– Ида – это моя мечта, моя детская сказка, она еще со мной.

А покинула меня Сандра, моя унылая и серая реальность.

Софья хотела спросить что-то еще, но не успела: в дальней стене прорезался проем, на пороге комнаты появилась Мечта.

– О! – обрадованно воскликнул Эрик. – Помяни черта…

Лучезарно улыбаясь, в комнату бодрой походкой вошла Ида. Гардероб ее не поменялся: все то же светлое летнее платьице, на ногах сандалии, золотые волосы забраны желтым ободком.

– Думал, уже не свидимся, – произнес Эрик, поднимаясь с кровати. Софья встала тоже, заскользнула в туфли, шагнула навстречу гостье.

– Форма есть только форма, сам говорил, – ответила блондинка и подмигнула.

Софья окинула оценивающим взглядом новый облик лейма.

– Нам пора? – спросила она.

– Да, вы ведь уже отдохнули, – констатировала Ида. – Идемте, я провожу вас в лабораторию.

Путь по нескольким длинным коридорам не занял много времени, и вскоре они вошли в помещение немногим просторнее давешней комнаты отдыха. Вдоль стены выстроился ряд невысоких синих ящиков неизвестного назначения, середину помещения занимали два черных кресла, похожих на кресла в зубоврачебном кабинете.

У изголовья каждого висело в воздухе безо всякой видимой поддержки некое устройство, похожее на перевернутую вверх дном чашу. Края ее тускло светились зеленоватым, словно сделанные из чистых изумрудов.

– Это нейросканеры, – объяснила Ида, заметив удивление на лицах гостей. – Садитесь, устраивайтесь поудобнее, руки на подлокотники.