Хозяин Туманного острова

Отец, как и Тарисса, считал меня не слишком умным, потому действовал прямо. Сейчас-то он будет осторожнее... Ну, в конце концов, я защитил остров, но так, чтобы сестра не заметила защиту до тех пор, пока не станет поздно. Она явилась сюда и предложила помощь. Сказала, что поможет мне убраться из этого мира, поскольку мой уход будет в ее интересах.

- Я слышала ваш разговор, - призналась Эмили.

- Мы и не скрывались, - усмехнулся оборотень. - Я предполагал, что разговор закончится ссорой, ссора же у демонов всегда перерастает в схватку.

Ты вовремя выпустила Эракка: он вцепился ей в шею, а я добил ее мечом, - Невенгар криво улыбнулся.

- Она назвала тебя проклятым выродком, - вспомнила Эмили. - Хорошо же она относилась к брату!

- Для Тариссы подобное выражение даже не ругательство, - Невенгар стиснул резец. - У нее в ходу имелись эпитеты куда грубее.

- Она тоже была оборотнем? - спросила девушка, начиная жалеть, что завела этот разговор: Невенгару неприятно было думать о последней схватке.

- Да, - демон болезненно поморщился. - Тарисса, принимая облик молодой женщины, натравливала на меня и магов, и рыцарей, и священников. Защищаясь, я убивал. Видит бог, на моей совести много жертв, но клянусь, Эмили, я никогда не нападал первым.

Он постоял немного, успокаиваясь, затем снова вернулся к своим загадочным знакам. Эмили задремала, а когда проснулась, Невенгара не было. На двери добавилось несколько новых символов, сосновые доски сочились смолой в местах, где прошелся резец.

Увидев, что Эмили спит, Невенгар оставил работу.

Следовало успокоиться окончательно, и он решил пройтись по берегу озера.

Спустившись к водопаду, Невенгар сел на замшелый камень. Своими вопросами Эмили растревожила давние раны. Оборотень считал, что воспоминания заперты крепко, но, как видно, оказалось достаточно пары-другой фраз, чтобы прошлое воскресло. А воспоминания Невенгара были не из веселых.

Особенно не любил он вспоминать детство.

Ничего хорошего об этих годах он сказать не мог: постоянные скитания из города в город, насмешки и шелест за спиной: "Сын нищенки!". Прямо в лицо ему это мало кто говорил - дрался мальчишка хорошо. Хотя случалось, что мать приходила в отчаяние, видя его избитым, но такое случалось, когда нападающих было несколько.

Ему исполнилось двенадцать. К тому времени он знал, что мать не просто так бродит из города в город: она будто скрывается от кого-то.