Академия Чародеев. Сердце правящего дракона

Не знаю, был то страх за Нэрена или простое нежелание потакать вот такому Эрику, но я промолчала, взглядом и всем своим видом показывая, что отвечать не стану.

– Тьха! – зло усмехнулся парень, отворачиваясь от меня.

Его лежащие на столешнице и хорошо мне видные ладони сжались в захрустевшие побелевшие кулаки. На щеках зашлись в танце ярости желваки. Взгляд ожесточился и заледенел, но при этом я продолжала различать всполохи бешенства, ненависти, безвыходности и непробиваемо твёрдого намерения одержать победу в этой схватке с врагом, которого он даже не знал.

– Отец будет в ярости, если узнает, – его жёсткий голос был способен заморозить океан.

– Поэтому лучше ему не знать, – прошептала слабо.

По ожесточённому лицу парня прошлась судорога.

– Ты скажешь мне, кто он? – продолжая смотреть во тьму, почти обвинительно спросил парень.

Называть имени я не собиралась, но кое-что сказать нужно было.

– Он дракон, – голос испуганно дрогнул.

Рывок! Эрик резко повернулся ко мне, рывком подался ближе, навалившись на стол, и прошипел:

– Дракон?!

Не ответила, сжимаясь под его пылающим яростью взглядом.

– Дракон?! – взревел принц, вскакивая на ноги.

Стол зашатался, его стул и вовсе свалился на землю, я почувствовала себя крайне неуютно и уязвимо.

– Почему, Ари? – Эрик вдруг оказался прямо передо мной, ударом руки, не глядя, отшвырнул мешающий ему стол, и пока в стороне гремела разбивающаяся посуда и хрустело ломающееся дерево, боевой маг навис надо мной воплощением ледяной ярости, схватил за плечи, сжал до синяков и зарычал прямо в лицо: – Почему?! Я принц, я будущий император! Почему ты выбрала.

Потому что он не причинял мне боли, не кричал на меня, всегда слышал и слушал, и даже между мной и своими принципами, убеждениями и желаниями выбирал меня.

– Мне больно, – сказала тихо, но твёрдо, не делая попыток вырваться и осознавая, что даже намёк на сопротивление приведёт к ещё более плачевным последствиям.

Эрик заставил себя разжать сведённые судорогой пальцы, замер на миг, словно только сейчас осознал, что он делает, скрипнул зубами и провёл по моим плечам раскрытыми ладонями, практически не касаясь, но охлаждая кожу, снимая боль и наверняка залечивая нанесённые им же раны.

Я не вмешивалась. Я не делала ничего, просто смотрела в его глаза, в которых медленно утихало бушующее пламя эмоций, сменяясь одной конкретной – глухим отчаянием.

– Ари, – хриплый полушепот-полустон.