Драконье пламя

– Твоя бабка участвовала в войне в качестве мага?

– Да, – кивнула Эрика и посмотрела на переглянувшихся мужчин.

Лорды Девос, Дэвер, Дейк и Хольст пожали плечами. Неужели они все были настолько стары, чтобы помнить те сражения? Но они выглядели лет на тридцать, может, чуть старше. Святой ветер, сколько же им тогда было лет?

– Эрика, не знаю, обрадует ли тебя это, но отныне ты принадлежишь моему роду, – снова обратился к ней Теймен.

– Я не принадлежу никому, – прорычала она, чувствуя, как ее захлестывает гневом. Она приехала сюда на войну, а не найти себе «хозяина»!

– Это не так, – снисходительно улыбнулся Теймен и покачал головой, игнорируя убийственный взгляд Маркуса.

– Какого черта я должна отчитываться перед вами? – вскинула на него возмущенный взгляд Эрика, сжимая кулаки до боли в оледеневших пальцах.

– В тебе кровь моего рода. Рода Алдеринк, – он только улыбнулся на ее вспышку гнева.

– С чего вы вообще взяли?

– Твои глаза, Эрика, – Теймен переглянулся с другими драконами. – Определяющий оттенок радужки наследуется внутри рода. Добавочные появляются, когда примешивается другая кровь. Основной цвет твоих глаз – голубой, значит, в тебе больше крови рода Алдеринк.

– У Иды глаза совсем не как у вас, – тихо прошептал Кристиан, обращаясь к братьям Эстергор, но его все услышали.

– В случае с нашей сестрой кровь рода матери отчетливо проявилась в цвете ее радужки, хотя определяющий цвет все же наследовался от отца. Шкура-то у нее яшмовая, – отозвался Теодор. – Такое редко, но случается.

Эрика повернулась к пялящемуся на нее мужчине с аквамариновыми глазами и в гневе сощурилась.

– Я не стану перед вами отчитываться. Вы мне никто.

– Ты хочешь жить, Эрика? – жутко прорычал он, мгновенно растеряв все свое снисходительное выражение лица.

– Уйди от нее, Теймен, – грозно зарычал Маркус. В мгновение ока он оказался перед ней, закрывая ее своей спиной.

Эрика непроизвольно вдохнула его упоительный аромат. Вкус его магии взорвался на языке, и она задержала дыхание, чтобы сохранить хоть толику самоконтроля. Сердце лихорадочно заколотилось, но вовсе не от страха. Волна холода прокатилась по венам, поднимаясь к горлу, и дыхание совсем замерзло в легких. Перед глазами потемнело.