Замужество в подарок, или Дебют попаданки

***

Не обратила внимания на то, что резкий звук сильного ветра изменился на топот лошадиных копыт и что наш двор уже совсем не пустовал, а к главному входу направлялись гости.

Люси вложила в мои руки одну тарелку, на которой красовался заливной мясной пирог с вялеными томатами. Роберт неимоверно будет счастлив. Я поблагодарила Люси за внимание и уже собиралась в нашу комнату, как на пороге кухни, встревоженно переминаясь с ноги на ногу, появился брат.

— Шелли! Шелли, у нас гости, — глаза мальчика поблескивали в свете горящих свечей, и сам он был в каком-то невероятно возбужденном состоянии.

Я не поняла тревоги, которая одолела Роберта, и спокойно направилась к двери нашей комнаты, но то, что проговорил брат, нагоняя в спину меня словами, заставило остановиться и испытать настоящий ужас…

— Лорд Эванз и его сын в нашем доме, и с ними какой-то мужчина, страшный, как сам демон, бородатый, косматый, в непонятной грязной одежде.

Меня не пугали демоны настолько, как неожиданное присутствие лорда Эванза и его сына.

Я запаниковала. В голову лезли самые грустные мысли и рассуждения на тему того, что нашим совместным прогулкам с Робертом пришел конец.

Но, разом справившись с негативными эмоциями, я все-таки собралась, перестав трястись. Я вспомнила, что мы еще ничего не ели. А Люси просила забрать кувшин с подогретым молоком.

— Роберт, вернись на кухню и забери кувшин с молоком, — проговорила я своим будничным тоном, хорошенько завуалировав самый настоящий испуг.

Мальчику ни к чему поддаваться такому же плохому настроению, что и у меня. Ведь только моя уверенность давала ему надежду на лучшее будущее. Естественно, вдвоем.

Я прошла в комнату. Поставила на стол тарелку с пирогом.

Аромат запеченного мяса распространился по всему помещению. Я достала скатерть с вышивкой. Мама любила заниматься рукоделием. И на каждое семейное торжество у нас имелось по одной практичной и праздничной скатерти на стол. Но со временем и без должного ухода многое испортилось, часть выкинули за ненадобностью, часть любезно пошла на тряпки для слуг кухни.

Мне удалось лишь сохранить рождественский набор: небольшую скатерть с вышивкой золотой нитью, пару-тройку тканевых салфеток и два бронзовых подсвечника с резными лепестками.

Роберт, как ни старался казаться взрослым, все так же в душе оставался ребенком. И очень искренне радовался, когда я доставала какие-то вещицы из прошлого.