Снежана

– Привет, мой красавец! Привет! – принц с нежностью, которую в последнюю очередь ожидаешь от человека с ледяными глазами, потрепал чешуйчатого друга по клыкастой морде. – Что? Холодно? Потерпи. Скоро вернёмся домой. Там отогреешься.

Снежану так и тянуло, в свой черёд, прикоснуться к гладким, переливающимся пластинам драконьей чешуи. Она задавалась вопросом, такая ли она гладкая и холодная на ощупь, как выглядит на вид?

– Драконы, они – теплокровные? – спросила она.

Принц кивнул:

– Да, в отличии от своих мелких сородичей, змей в снегах не замерзают.

Но драконы создание огня и не любят холода.

– А простудиться могут?

– Вас правда заботит здоровье моего дракона?

– Конечно! Ведь драконы такие редкие создания. Они последнее, что осталось нам в наследство от магического прошлого. Было бы жаль их потерять.

– Поверьте, если бы пребывание в ваших краях могло бы хоть в малой мере навредить Даркфайру, его бы здесь не было.

– Вы его любите?

– Вас это, кажется, удивляет?

– Удивляет, но приятно.

Если человек способен любить одно существо он может полюбить и другое.

– Вы себя имеете в виду? Не хотелось бы вас огорчать, но вы не похожи на дракона, – усмехнулся принц.

– Надеюсь, это комплимент?

– Вам хочется моих комплиментов? И моей любви?

– Да если вы и правда стаете моим мужем. Всякий человек хочет любви. Что в этом плохого?

– Наивно ожидать любви от брака. Браки – это не про любовь. Это – про политический союз.

– Я не очень понимаю, что Ваше Высочество хочет этим сказать?

– После обряда бракосочетания каждый из нас сможет жить своей жизнью.

– Вы не потребуете от меня исполнения супружеского долга?

– Потребую, конечно. Наш долг подарить роду наследников. Но после, каждый из нас вправе будет жить с тем, кого выберет наше сердце.

Взглянув на Снежану, принц смягчился:

– Судя по выражению лица, вы шокированы самой постановкой такого вопроса?

– Шокирована – это не то слово. Выходит, само собой разумеющееся, что я должна буду с достоинством встретить вас в первую брачную ночь.

Потом, нравится мне это или нет, терпеть ваши объятия, пока не понесу под сердцем ваше дитя. С риском для жизни произвести его на свет. Ну, и конечно, кормить, поить, пеленать, любить отпрыска царских кровей. Не думаю, что в этот момент мне придёт на ум другой мужчина. Но вы-то, можете жить, как пожелаете – к вам у меня вопросов и требования возникать не должно. Вы же с самого начала меня предупредили: никакой любви – только голый расчёт.