Крылья пепла

Эйт отступил на шаг обрывая взгляд и ощущение от прикосновений, поднял лежащую на берегу перевязь с мечами и одежду.

– Если умыться пришла, поторопись, скоро тут желающих поплескаться будет много. Покараулить?

– Только если сам смотреть не станешь.

– Ни одним глазком не взгляну, честное эльфийское! – заявил Вейне и засиял своей обычной дурашливой улыбкой.

– Карауль, тебе же за охрану денег платят.

– Ты же не платишь.

– Ну посмотри тогда. Одним глазком, – шутя, предложила Стеша. – А посмотришь двумя – сам доплатишь.

– А как узнаешь, одним или двумя?

– Тогда вперед плати, все равно пялиться будешь.

– Буду, – нагло заявил Эйт. – Ты все равно мне должна за место в обозе. Иди уже, хищная ласточка.

Он в три шага взобрался по склону и скрылся за камнями. Стеша повертела головой в поисках места поукромнее, потом хихикнула и принялась избавляться от одежды. Ну и пусть посмотрит. Немножко. Она же на него смотрела.

Вымывшись и обсохнув кое-как – выпускать огонь было страшновато – Стеша поднялась и почти сразу заметила место караула.

Эйта там, конечно же, уже не было, зато на камне лежала ветка рябины со сладкими перезимовавшими ягодами, чудом не попавшими в птичьи клювы. Рядом ягодным соком и, надо думать, пальцем, подглядыватель-охранник набросал купающуюся в реке голую девицу с длинными волосами. Вот эти линии внизу рисунка, наверное, изображали туман, но от цвета ягодного сока казались языками пламени. Стеша вздрогнула, подобрала с земли горсть песка и затерла рисунок.

А ягоды она по пути съела, и теперь от них вязало язык, но и сладко было тоже, как от взгляда Эйта и его невидимых прикосновений. Он тоже – мог. И тоже таился. Как Кайти. Как она сама. Как многие из них. Тех, кто не таился, ждала участь Ллокайта.

Как в послании Единого сказано, кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечом убивает, тому самому надлежит быть убиту мечом; кто призывает воду, али воздух, али землю и растущее на ней, аль проклятое пламя, тот от воды, али воздуха, али земли, али пламени проклятого да убит будет.

Глава 2.4

Скалистые, поросшие светлыми соснами зубья, вылезшие еще во время того давнего землетрясения, до последнего скрывали залив, но вот миг и разлилось – синее, от края в край, с мазками островков, рисками скользящих по глади кораблей, а по левую строну, отгородившись от мира стеной из красно-желтого камня, тянулся в небо башнями и колоннами Ведере.