Василиса

— А на каком курсе учатся разжигать огонь? Вот бы скорее научиться.

— На первом. Природные стихии – это основа магии.

— Я пока только всякую мелочь в воздух поднимать умею. Смотрите, — Мира перевернула ладонь и заставила парить еловую шишку, радуясь своему маленькому успеху.

Зар ухмыльнулся и проделал то же самое, но только с целым бревном.

Мира сразу же поникла, роняя шишку обратно на землю.

Ночь была холодной. Инга всегда говорила, что нужно спать в тепле – иначе будут сниться кошмары. Так и случилось. Девочка постоянно просыпалась от них и тут же накрывалась подушкой, чтобы никто не подумал, что она чего-то боится.

Мира крепче куталась в свою меховую накидку и со всех сторон подтыкала одеяло, чтобы оно не пропускало воздух, но всё равно было холодно. Она знала, что маги могут контролировать температуру своего тела, но пока этого не умела.

Один Первый Чародей не спал. Он снова изучал документы и что-то писал, освещая страницы свободной рукой. Мира это видела всякий раз, когда просыпалась.

И вот в очередной раз, когда её сон прервался, она с удивлением обнаружила, что это вовсе не от холода, а от того, что кто-то набросил на неё одеяло.

Зар в это время крепко спал.

Утром они снова двинулись в путь. И чем ближе становился Вальсент, тем больше она от нервов болтала, сводя Зара с ума.

Они проезжали то мимо лесов, то мимо деревень и небольших поселений. Крупные города виднелись где-то вдалеке.

Мира впервые преодолевала такое большое расстояние, и была бы в восторге, если бы хоть на минуту забыла, куда едет.

Она снова начала обсыпать чародея вопросами, только бы отвлечься.

— Разве на дорогах не опасно? Я читала, что здесь часто бывают разбойники, но мы столько проехали, и никто не напал.

— Только дураки решатся напасть на экипаж с флагом имперского Магистериума, — прокричал Зар снаружи. — Тем более, с гербом Первого Чародея.

— Подслушивать некрасиво, — пробурчала себе под нос Мира, на что Винсент снова едва заметно улыбнулся.

В Вальсент они приехали ночью, когда ворота уже были заперты, но стражники, завидев, кто перед ними, даже рта не посмели открыть и пропустили всех троих внутрь.

Экипаж остался у входа, о лошадях должны были позаботиться в городской конюшне.

Когда ещё столица едва виднелась на горизонте, у Миры уже сердце ходило ходуном, но теперь, когда она воочию видела Вальсент, даже дар речи куда-то ненадолго испарился.

Пройдя за массивные, высокие каменные стены, они оказались в городе, о котором Мира прежде только читала.