Тень ее высочества

Как оградиться от нее в этом случае, я не знала. Вглядываясь в черты попутчика, как художник в модель, я мысленно отметила те, на которые стоит сделать акцент. Нос. Тонкий, с небольшой горбинкой — такие называют аристократическими, а я, злюка, вчера его едва не сломала. Глаза. Радужка теплого темно-карего оттенка, который напоминал мой любимый горячий шоколад. Разрез глаз продолговатый, придавал взгляду хитрое выражение. Брови — темные, густые. У меня будут более тонкие и высокие, как и положено девушке. Губы и подбородок с ямочкой тоже придется смягчить.

Не обращая внимания на парня, который слегка нервничал под моим оценивающим взглядом и пытался шутить, я посмотрела на свое отражение в зеркале. Магия меняющихся заполнила меня изнутри — и… Моя кожа покрылась золотистым загаром. Радужка глаз повторила цвет очей Юлиана до золотистой крапинки в них. Такие же длинные пушистые ресницы прикрыли ироничный взгляд. Нос с горбинкой получился чуть изящней, чем оригинал, очертания губ я оставила без изменения. Когда на подбородке стала «продавливаться» ямочка, то от боли едва не потеряла сознание.

Маг недоверчиво рассматривал меня и молчал.

— Ну как? — Я, красуясь, покружилась по комнате. — Похожа на твою сестру?

— Тебе очень идет моя великолепная, сногсшибательная внешность, — улыбнулся следопыт и повторил с гордостью: — Очень идет.

— М-да, а ты скромный! Переходим ко второму этапу?

— Может, сначала перекусишь?

— Нет, — отмахнулась нетерпеливо, — не переживай — еще час-два я точно не умру от голода.

Теперь я уселась на кровати напротив мага и взяла его за руки. Юлиан весь подобрался.

— Больно не будет, — успокоила его насмешливо и пообещала: — Я не стану копировать магическую ауру, не переживай.

— А я и не боюсь.

— Тогда зачем прикрыл ее щитом, словно магистр-параноик? Или, быть может, ты радужный маг, путешествующий инкогнито?

— Щит — один из моих многочисленных талантов.

Прошло немного времени, и я не удержалась:

— А у тебя интересная внешняя аура — разочарование, боль и жажда мести окрасили ее, на удивление, интенсивно.

— Какая есть… Ты вот свою настоящую хоть помнишь? — сквозь зубы процедил обидевшийся маг.

— Конечно, она ведь остается при мне. — Я проигнорировала откровенное оскорбление.