Стань моим мужем, дракон!

— Нет, — ответил он, и сладкий запах поплыл по комнате.

Соловей втянул аромат и вопросительно посмотрел на меня.

— Правда, — кивнула я.

— Забавная штука, — улыбнулся Ленни. — Задай вопрос, на который я солгу.

— Ты убивал когда-нибудь? — вырвалось у меня.

— Нет, — ответил Ленни, мягко улыбнувшись, и сладкий запах тут же сменился смрадом.

Соловей поморщил тонкий нос и выразительно помахал рукой.

Поднявшись, он подошел к своему бездонному шкафу и, покопавшись в нем, достал иголку. Недрогнувшей рукой проколол себе мочку и, вернувшись на диван, взял артефакт, который я уже положила на стол.

Кровь капала с уха Ленни, стекала по шее, но он, не обращая на это внимания, продел серьгу.

— Я нравлюсь тебе? — спросил он, глядя мне в глаза.

— Ты мне интересен, — уклончиво ответила я и, взяв чашку, отпила глоток. Роза сладко пахла.

— У тебя есть мужчина?

Я усмехнулась и посмотрела прямо ему в глаза — холодные точно сталь. Невольно вспомнились другие — темные и жаркие.

Как бы отреагировал Геррах, если бы узнал, что я делаю вещи из его тела? Вряд ли бы счел это этичным. Если, конечно, он знает это слово.

— В некотором роде, — ответила я.

У меня есть фальшивый жених, и на артефакт я потеряла кучу времени, которого и так катастрофически не хватало, чтобы обтесать его до приемлемого состояния.

— В кладовке твоего отца еще есть артефакты? — спросил Соловей, едва заметно усмехнувшись.

— Я могу поискать, — ответила я, и Ленни выразительно зажал нос двумя пальцами.

— Ты можешь достать еще чешую? — спросила я. — Только обязательно такую же.

— Легко, — ответил Ленни и тут же поморщился. — Ладно, не легко. Возможно, и не получится. Плохо, что артефакт работает в обе стороны. Выходит, я не могу врать, когда ношу его.

— Либо привыкай к запаху, — посоветовала я. — Ты подмешивал мне что-нибудь в чай? Не сейчас. Раньше.

Ленни выразительно посмотрел на меня и улыбнулся в ответ.

— Что было, то прошло, — ответил он.

— Сейчас я узнал тебя лучше и понял, что с тобой надо действовать честно. Пожалуй, ты единственный человек, перед которым я точно открытая книга.

В комнате завоняло еще ощутимее.

— Можно привыкнуть, — согласился Ленни. — Но неприятно. А что там за шумиха с твоим дядей?

— Что? — переспросила я и, неловко поставив чашку, звякнула ею о блюдце. — Откуда ты вообще знаешь про моего дядю?

— Ох, Амедея, — он снисходительно улыбнулся.