Я — фанатка

Серафим Никифорович пребывал в благодушном расположении духа и с ловкостью завсегдатаев мужских салонов вывел разговор на общие темы, популярные в гостиных этой зимой. Пелагея Витальевна из кожи вон лезла, ухаживая за гостями и давая понять, что те полностью могут рассчитывать на поддержку родителей.

Светлана Витальевна успевала занимать внимание всех вокруг, втягивая в разговор остальную семью и друзей, и тем окончательно развеяла натянутость атмосферы. Не преминула она упомянуть и дружескую дуэль, назначенную на следующий день, как и не забыла заметить, что, может быть, молодой человек наконец одержит верх над наследницей и тем покорит её неприступное сердце, чтобы уже в этом году отыграть свадьбу.

Ксения сидела твердокаменной скалой. На лице холодная вежливость, пустые скользящие взгляды в сторону говоривших, пока её огонь низко надрывно гудел. Ревел в сторону отца и был бы рад припалить окружавших, просто для того, чтобы все они хотя бы на мгновение почувствовали, как горит в безысходности сама девушка.

Был за столом и второй человек, до которого пытались дотянуться её ранящие всполохи. Дотянуться и сжечь, из-за бездонной обиды.

Кирилл, как и я, сидел в конце стола. Он молча и сосредоточенно ел, вернее, делал вид. Только ворошил блюдо столовым прибором и пил шампанское. Бледный, с проступившими розовыми пятнами на щеках, походившими на приступ лихорадки.

Максим спросил его о самочувствии, но тот отмахнулся, заверив, что всё замечательно.

После ужина мужчины удалились в малую гостиную раскуривать трубки.

— Светлана Витальевна?

— Да, милочка, — протянула она благосклонно.

Не знаю, что именно задобрило даму: то, что её племянник оказался из другого теста и рано привёл девушку в дом, моя помощь с простудой или несогласие с Ксенией, которое я не постеснялась озвучить, а может быть, плотный обед, хорошее вино и обещанное на завтра развлечение, но я чувствовала её расположение.

— Так хочется танцевать, сил нет, — вложив как можно больше чувства, произнесла я.

Она помедлила, задумавшись, а затем обратилась к остальным дамам:

— Дорогие девушки, хотим ли мы танцевать?

Первой откликнулась младшая сестра Филиппа, это заставило всех рассмеяться и женщины согласились, что было бы недурно немного повальсировать.