Санклиты 5. Карающая длань

Я молча придавила его к земле, уперевшись коленом в грудь, и зафиксировала голову, сжав свободной рукой горло.

Когда я отпустила его, Павел начал плеваться, изгибаясь всем телом, как охваченная огнем гусеница. Рыча, он встал на колени, сунул два пальца в рот и долго давил себе на корень языка, пытаясь вызвать рвоту, чтобы исторгнуть ненавистную кровь Ангела из организма. Тело содрогалось в конвульсиях, но она осталась внутри.

– Теперь вы поймете, сколь ужасно все содеянное вами. Это будет вашим наказанием! – тихо сказала я, встав на ноги.

Мужчина застонал и покачнувшись, упал на спину. Взгляд устремился в мою душу. Мисс Хайд утонула в его глазах и выпала из реальности. Ноги вновь ступали по крошеву из мебели, стекла и бетона, в которое превратилась гостиная в тот день, когда мужчина с внешностью Глеба пытался убить детей в моем чреве. В тот день, когда вся жизнь разлетелась на куски.

Это был тот самый момент, когда я ударила Глеба Крыльями и отключилась. Да, вот он – сидит у стены, о которую его с силой ударило, мотает головой, пытаясь придти в себя.

И он живой! Кинжал, выпавший из руки, лежит в паре метров от него. Как же так? Что происходит? Эта мысль проскользнула в сознании, но спустя мгновение все отошло на задний план, потому что я увидела его. К Глебу медленно подходил блондин с кудряшками и челюстями Щелкунчика. Архангел Михаил. Под его ногами хрустели осколки моей жизни.

Подняв кинжал, он присел на корточки перед Глебом.

– У нее… Крылья! – потрясенно глядя на него, прошептал брат.

– Как же так?

– Это уже не твоя проблема.

– Но… – Глеб дернулся. – Зачем? – глаза широко открылись, и он с изумлением посмотрел на кинжал, который воткнул в его сердце Архангел Михаил. – Как же так?..

– Ты же хотел убить ее? – блондин усмехнулся. – Считай, что достиг цели. Мерзавец поднялся и равнодушно смотрел, как тело Глеба сотрясает агония. Когда брат затих, уронив голову на грудь, и обмяк, Архангел ушел.

Я провалилась обратно в свою реальность и обнаружила, что лежу на руках у Горана, который сидит на земле.

– Любимая, как ты? – он с тревогой вгляделся в мое лицо.

– Хорошо. Теперь в душе на одну рану меньше.

– Что это значит, родная?

– Не я убила Глеба, Горан. – по лицу потекли слезы. – Это сделал Архангел Михаил.

– О, Господи! – пораженно выдохнул хорват.

– И он за это ответит! – я встала на ноги. Павел и Бера лежали на земле в свете фар.

– Что с ними делать? – спросил Нико, подойдя к нам.