Наследие. Дар крови

На вопрос к чему такая предосторожность, отец всегда отвечал однообразно: «Разве не понятно? Я забочусь о вашей же безопасности!» Как по мне, он здорово лукавил и что-то скрывал.

Впрочем, разве он не успешно практикует это и по сей день?

— Пап, можно поговорить? — осторожно спросила, замерев с сестрой у порога.

— Да, — отозвался отец, но только через пару минут оторвался от заполнения документов. — Что-то хотела, Корнелия?

— Мы с Син хотим съездить в город на день. Свадьба Вероники совсем скоро, и нам очень бы хотелось проводить сестру в новую жизнь в самых красивых платьях.

— Мы уже достаточно потратили на неё, — безучастно вставил отец. — А всем самым красивым в самом ближайшем будущем её обеспечит новая семья. Лишние траты.

Злость вспыхнула во мне подобно искре, но я сжала зубы и вдохнула полной грудью. Гнев не принесёт нужных результатов.

— Понимаю, однако, папа, неужели ты не планируешь известить о моей помолвке в тот же день? Сентьон Кельн богат и влиятелен, будет ли он доволен, если его невеста предстанет перед обществом в поношенном наряде? Не разочаруется ли? — сдержанно выдавливала я, не сводя с отца взгляда. — К тому же, есть ли смысл переживать о деньгах, когда вот-вот вступит в силу наш брачный договор с ним? Разве это не принесёт достаточно прибыли?

Робен Вернет сжал губы в полосу и долго молчал, глядя на меня.

— Хорошо, дочь, я даю согласие, — он взглянул на Син. — С кем и когда вы желаете поехать?

Напряжение в теле ослабло. Основная проблема была решена, осталось лишь уладить традиции, что не позволяли невесте покидать семейный очаг без сопровождения от лица жениха, либо без представителя мужского пола от кровных уз.

— Полагаю, Надин сумеет найти время на короткую поездку завтра с утра.

Отец кивнул не слишком охотно, и в который раз я с недовольством подумала о неоправданно лояльном отношении к брату. С его мнением папа считался всегда.

— Вы уже обсуждали с ним поездку? Он согласен?

— Мы не стали беспокоить его до разговора с тобой.

— Хорошо, тогда идите и позовите Надина ко мне, — кивнул он на дверь и вновь вернулся к бумагам, словно бы нас не стало в мгновение ока.

Мы вышли без единого слова.