Госпожа леса

Элинэя надеялась разузнать правду от Борова-Уилла, который страдал от тех же чар, что и Рен. Припомнила она рассказ того противного старика, который осклабившись, будто голодный шакал, посматривал на нее прошедшим вечером. Как он там говорил? «Это сейчас Уилл не Уилл, а раньше и в самом деле был Боровом! После уговора у реки сделался он таким…» Что же это за уговор, за-за которого страдает Боров-Уилл? Задавшись этим вопросом, Элинэя остановилась у самой двери в харчевню. Звуков прежнего веселья оттуда уже не доносилось, но свет горел.

Первыми вошли в заведение Борова-Уилла Вэнд и Дан, за ними Элинэя, а уже за девушкой последовал южанин Рив.

Внутри по-прежнему было жарко и светло, из кухни исходили ароматы наваристого супа и жареного мяса. В обеденном зале пахло пролитой выпивкой, женскими духами и потом. Все эти запахи смешались и от них теперь невообразимо кружилась голова. Элинэя на мгновение прикрыла глаза и задержала дыхание.

Хвала богам, обеденный зал был пуст.

Все гости заведения разошлись по своим комнатам, и теперь на первом этаже царили тишина и покой. В зале суетился подавальщик, тот самый шустрый парнишка, к которому вчера обращался Гарт. Он убирал со столов и напевал какую-ту пастушью песню, при этом пританцовывал и улыбался. Грязную посуду он ставил на поднос, а тряпкой стряхивал на пол крошки.

— Не подскажешь, любезный, где нам искать хозяина харчевни? — громко спросил у него Вэнд.

Подавальщик при виде вооруженных мужчин, внезапно появившихся среди ночи в заведении, вздрогнул.

С опаской покосился на мечи в ножнах, но потом, вспомнив что-то, успокоился и кивнул.

— Сейчас позову, добрые господа, — поспешно ответил он и повернулся к кухне, — Эй, Боров-Уилл! Тут к тебе пришли.

Дверь, которая вела на кухню, звучно скрипнула, и из-за нее показался уставший хозяин заведения. В светлой рубахе с подкатанными рукавами, широких штанах и фартуке, о который Боров-Уилл вытирал жирные от пирога ручищи.

— Чего изволите, добрые господа? — спросил он, хмуря брови. Явно не ждал, что кто-то заявиться в столь поздний час.

— Мы хотели поговорить с тобой, — выступил вперед Вэнд.

Хозяин харчевни еще больше нахмурился.

— А о чем поговорить? — недоверчиво спросил он.

Но тут в разговор вмешалась Элинэя.

— Прости, что так поздно, Боров-Уилл, — произнесла она мягко, — но у нас срочное дело. И оно касается человеческой жизни.