Мой палач

Крик боли рвался наружу, но я изо всех сил сжимала челюсти и лишь тихо постанывала, собираясь держаться до последнего.

Дымка поблекла, превратилась в череду неясных картинок, которые с каждым мгновением становились отчетливее. Я боролась с пожаром в груди, с неприятными ощущениями, сжимала подлокотники, впивалась в дерево ногтями. В какой-то момент перед глазами появилась знакомая комната, моя няня.

Я встрепенулась, понимая, что сейчас произойдет, и попыталась вспомнить что-то конкретное, что-то поистине сильное, не позволяя мужчинам сзади увидеть ничего лишнего.

Они хотели найти доказательство моей причастности к клану ведьм, но могли обнаружить совершенно иное, что никому и никогда не стоило знать.

– Ох, – сорвался с моих губ то ли вздох, то ли стон.

На стене отразился момент, так долго приходивший во снах, тревоживший мое сознание день ото дня три года подряд. Детали уже позабылись, краски померкли, а боль поутихла. Но сейчас, при виде толпы людей, сквозь которую я пробиралась, неприятные ощущения от процедуры очищения отошли на задний план.

Все оказалось как наяву. В нос ударил запах дыма, в ушах уже звучали крики людей. Женщины, мужчины, дети… Они бежали мне навстречу, не позволяли добраться до полыхающего здания. Я пробиралась как могла. Люди же толкались, увлекали меня за собой. Вокруг царили полнейший хаос и паника, но мне нельзя было им поддаваться. Я смогла выбежать на площадь перед самим храмом, только когда оранжевые языки пламени окрасились в синий цвет, а через считанные секунды и в зеленый.

Взрыв! Последний вздох, противный звон, ощущение полета и… знакомый звук падающих на землю медяков, затмевающий все в округе.

Я подпрыгнула на стуле, боясь увидеть продолжение, однако его и не было. На щеках уже образовались мокрые дорожки, вытереть которые не имелось никакой возможности. В голове появилось легкое щекотание, а тот поток энергии, что выливался наружу, словно начал возвращаться. Только с последней ее каплей мне удалось нормально вздохнуть.

По телу пробежала мелкая дрожь.

Такие яркие воспоминания дали о себе знать. От этой зеленой вспышки я уже не раз подскакивала во сне, затем долго унимая подступающие рыдания. Но сейчас их надо было всеми силами подавить, чтобы спорившие позади мужчины не заметили никому не нужной слабости.

– Она присутствовала там. Еще один свидетель, – твердый мужской голос стал отчетливее.

– Дело уже закрыли. Там нечего больше расследовать. Ведьму необходимо казнить немедленно.