Последний. Ритуал крови

— А духи случайно не сказали вам, что нас с Роем ждет ловушка? — криво усмехнувшись, спросил охотник.

Он не поверил целительнице. Ал-Лири сказала, одновременно, слишком много и слишком мало, а Маус не доверял тем, кто, прикидываясь другом, решает собственные проблемы.

— Нет, — спокойно ответила женщина. — Я не стала бы скрывать такие сведения. Вы важны для нас, Клодар.

— А Рой, значит, нет? — разозлился охотник. — Вы не стали бы спасать его? Тратить силы на его исцеление? Вас интересуют только ваши драгоценные оборотни?

После его слов наступило молчание.

Маус хрипло и тяжело дышал, прикидывая, как скоро сможет самостоятельно передвигаться. Он решил сразу же отправиться в Этернал. Если Рой жив, то он находится во дворце Ладисласа. Придется использовать артефакт Рагдалены, чтобы быстрее добраться до замка. А там…

— Не торопитесь, Маус Клодар, — Ал-Лири повелительно взмахнула рукой, — вы еще не выздоровели, а уже думаете о том, чтобы отправиться в земли вампиров, причем в одиночку. Это же глупо!

Маус промолчал.

Целительница, впервые за время беседы, проявила беспокойство. Она прошлась вдоль постели охотника, поправила одеяло, затем вернулась к столику и принялась переставлять флаконы с зельями.

— Прошу вас, Клодар, подумайте еще раз. Мне жаль вашего друга, но юноша, скорее всего, уже мертв.

— Рой жив, я это чувствую, — глухо отозвался охотник.

— Пусть так, но идти в Этернал, в одиночку, равносильно самоубийству! Вы не сможете победить все вампирские кланы, не говоря уже о королевской семье, — Ал-Лири умоляюще протянула к нему руки, но Маус сделал вид, что не заметил этого.

В шатре снова стало тихо.

— Скажите, Клодар, — вдруг спросила целительница, — почему он так важен для вас? Что в нем такого особенного?

Охотник отвернулся.

— Он красив, не спорю, но этого мало. Вы умны, Маус, вас не ослепить молодостью и внешней привлекательностью. Умен и талантлив? Но таких много в Веталии. И Ладони Жнеца не стали бы охотиться за незначительным полукровкой. С Роем связана какая-то тайна, верно? Что вы скрываете? — говоря это, Ал-Лири подходила всё ближе и ближе к охотнику.

Её голос стал тихим и вкрадчивым, движения — мягкими и неторопливыми.

Маус вдруг ощутил сильную усталость. Глаза слипались, тело стало тяжелым и непослушным. Ему вдруг захотелось спать.

Что там спрашивала Ал-Лири? Насчет Роя, кажется? Ответить и забыться хотя бы на минуту…

— Он мой друг, — прошептал охотник. — Лучший и единственный. Он — моя семья.