Просто фанатка

Кольцо можно было считать чистым везением… Везением… Моя голова просто раскалывалась. Духи! Я так мало верила в превратности судьбы и слепую удачу. У всего на свете была своя причина, просто, как правило, это знание оставалось скрытым и потому люди произносили вслух слова вроде: удача, или везение, по сути не понимая, что именно кроется за благоприятными событиями.

Но сейчас я никак не могла проникнуть в суть моего собственного счастливого случая, когда в руки мне так внезапно попал бесценный ловец снов… Как же он пригодился!

К коже липло стойкое ощущение, что в моих руках не все кусочки мозаики.

Третий случай, который и вовсе остался незамеченным Филиппом, потому что я снова побоялась раскрыть ему глаза на то что могло произойти, расставил последние точки. Смерть требовала — заявляла свои права на Филиппа. Он был отмечен ею год назад, но всё ещё топтал землю ногами.

Между первым и вторым случаем прошло около года. Между вторым и третьим — чуть больше двух недель. Это означало только то, что время неумолимо таяло.

По всему выходило, что следующего несчастья можно было ожидать в любой момент. Если я собиралась не позволить Смерти отнять Филиппа, действовать нужно было решительно.

Возвращаясь обратно после того, как все следы призыва были старательно заметены, я всерьёз раздумывала, стоит ли ворваться в мужское крыло, вытащить Филиппа из постели и приступить к ритуалу, который позволит избежать неминуемой участи.

Как я вообще скажу ему о том, что он должен умереть и должен был сделать это уже давно? И что Смерть являлась за ним трижды.

Каково такое услышать? Он, конечно, принадлежал к семье магов смерти, но новости были — хуже не придумаешь, а он ещё даже не отошел от смерти в парке.

Поверит ли он мне или сочтёт сумасшедшей? В любых других обстоятельствах я бы пожертвовала тем, что он обо мне подумает, но в ритуале требовалось его добровольное участие, иначе ничего не выйдет.

Похоже, мне не оставалось другого, как попытаться объяснить ему всё с самого начала и надеяться, что он справится с вереницей худших новостей в своей жизни.

Духи! Как же худо обстояли дела!

Я стояла перед дверью в гостиную парней и была готова удариться об неё головой со всем энтузиазмом безысходности.

Намедни я пообещала Филиппу, что не стану бегать за кошкой и, кажется, успокоила его немного, а сегодня ворвусь среди ночи в его спальню и снова напугаю до жути вестями, что жить ему осталось всего ничего.

Это было жестоко.