Просто фанатка

— Хватит топтаться у меня по ногам! — рассерженным котом шипел Максим.

— А ты отойди от меня, — осадил Григорий.

— Не могу! Тут везде паутина.

— Так спали её.

— Спятил! Мало ли что здесь. Вспыхнет ещё, не потушим.

Максим был прав. С неизвестными артефактами шутки плохи, а если учесть, что здесь были собраны самые опасные из них, то приходилось вести себя вдвойне осторожнее.

Мы разбрелись в разные стороны, чтобы не толкаться и лучше осмотреться.

— На поиски около часа, — напомнил из темноты Максим.

Григорий только фыркнул из темноты.

Я зажег огонёк на ладони, как научила Марта, и огляделся. Что из увиденного можно было считать подозрительным предметом, а что нет? Вопрос хороший.

Старинные шкатулки, чайные сервизы, потрепанные шляпы, сломанные подсвечники, горшки для цветов; веретено, заткнутое в угол и прикрытое поношенными дорожными мантиями, рядом пара потёртых красных сапог; свернутый ковер торчит из-под буфета с зеркалами, на полках которого битые вазы и стопка бумаг, придавленная на манер пресс-папье треснутой рамой, части которой не расходятся только благодаря кружеву, стягивающему угол; линялая лисья шкура и игольница со ржавыми булавками поверх.

Наверное, я ожидал увидеть не совсем это. Роскошь музея давала надежду, что здесь отыщутся ещё большие сокровища, но увы, всё это походило на заплесневелый хлам.

Ко мне навстречу пробирался Кирилл.

— Тоже шокирован?

— Не то слово. Слушай, а может быть это какое-то заклинание?

Кирилл понял меня с полуслова.

— Я подумал о том же. Поверить не могу, что здесь только этот мусор.

Обсудив, мы все согласились, что дело нечисто. И не только потому что никто давно не брал в руки метлу.

Со слов отца Максима, здесь были удивительные вещи. Ничего подобного мы и близко не наблюдали.

Мы посовещались о том, знаем ли заклинания, способные помочь в этом затруднении, и решили попробовать Свет истины. Заклинание простое, использовалось когда требовалось пролить свет и развеять тьму лжи. По всему подходило.