Управленец

— Да чтоб тебя! — тихо проговорил Горий, держась за страшно болящие от удара лёгкие. Вдруг послышался голос со стороны:

— Вам нужна помощь? — тёмный мужчина в доспехах тянул свою руку.

Воспользовавшись рукой, и, встав на ноги, управленец заметил останавливающийся возле него конвой из нескольких пар всадников. Глядя на доспехи, в них можно было узнать городских стражей.

— Горий, это ты?! — до боли знакомый голос обратился к нему.

Это был сотник городской стражи и старый друг Гория по имени Лон.

Рослый воитель с сединой в висках подошёл вплотную, дабы рассмотреть свалившегося путника.

— Не может быть! Это и в правду ты!

— Лон, оставьте меня и просто скачите отсюда, прошу! — отвечал обеспокоенный Горий.

— Горя, объясни, что происходит, — не унимался Лон.

Вдруг за спиной сотника возникла фигура зеленоглазой всадницы.

— Горий, эта с тобой? — произнеся его имя, сотник подписал себе смертный приговор. Азалия поняла, что его узнали и сходу метнула кинжал одному из воинов в шею, сбив с седла и завладев его копьём.

Бросившиеся на неё стражники похватали топоры и копья, но раздался громкий хлопок, выбивший многих из седла. Сваливая врагов с ног магией, Азалия добивала их исключительно подобранным копьём, одного за другим.

— Азалия, стой! — крикнул снова оказавшийся на земле Горий, но убийства продолжились.

Тогда он подобрал с земли чей-то топор и вскочив на ноги, загородил собой друга, что стоял, выхватив меч.

— Азалия, хватит!

— Они тебя видели, — отвечала изумрудоглазая, добившая последнего солдата.

— Они тебя знают. Отойди!

— Ты его не тронешь! — твёрдо сказал Горий и угрожающе выставил топор.

Всадница гневно рыкнула, затем перехватила копьё и метнула его. Неосознанно Горий сделал резкий уклон в сторону, и оно вошло в грудь стоящего позади Лона, пробив нагрудник.

Сотник упал на спину замертво. Удар пришёлся в область сердца.

— Лон! Лон! — завопил Горий, склонившийся над телом друга.

Азалия спешилась и встала рядом.

Изначально она слезла, чтобы поторопить, но, оказавшись вблизи, почувствовала непривычное покалывание в душе.

— И…и…извини, — с трудом выдавив просившееся наружу слово, она дотронулась до его плеча. — У меня не было выбора. Они тебя знали.

— Он был моим другом! — мужчина сбил с себя женскую руку и посмотрел на Азалию.

К своему удивлению, слёз в его глазах она не увидела. Только ненависть. Лютую ненависть от которой становилось не по себе.