Управленец

— Одобрение на что?

— Война – сложное время не только для господ, но и для народа, что начинает роптать на вас. Побеги, постоянные убийства и пожары не идут нам на пользу. Предлагаю снизить налоги в этом году. Казна может себе это позволить, а горожане с позвякивающими карманами будут голосовать за вас намного охотнее.

— Добро, — недолго обдумав, ответил Астор. — Но ведь в голосовании, на сколько мне известно, участвуют не только простолюдины. Что ты собираешься делать со знатью? — спросил Астор, припомнив обещанную ею поддержку вельмож.

— Уговаривать, запугивать, подкупать…

Ответ вызвал гнев.

— Я не для того вешал гадов, чтобы сейчас пополнить их ряды! — прорычал мужчина.

Чувствуя его ярость, Полада окончательно отчаялась вернуться к оборванному несколькими часами ранее поцелую и окончательно завладеть его волей.

— Проявите благоразумие. Они не станут голосовать за вас добровольно. Отказ отдавать свой голос – ещё не преступление, а потому повесить их за это вы не сможете.

Недовольно вздохнув, Астор согласился.

— Делай, что хочешь, — сказал он с неким отчаянием и велел уйти.

Нехотя девушка оставила его в одиночестве.

В коридорах дворца

Не веря своему счастью, Гром наконец мог свободно вздохнуть, не страшась, что очнувшийся барон расскажет о его несостоявшемся убийце. Вдруг к нему подходит неизвестный и протягивает письмо.

— Это вам, господин стольный маг, — сказал мужчина и спешно удалился, не обращая внимания на обращённые к нему вопросы.

Повертев в руках письмо, маг обнаружил на нём печать, что была сделана надавливанием обычной монеты с профилем короля. «Ну ещё бы он оставил тут свою печать, — подумал маг и открыл письмо, побежав глазами по строкам.

Раздалось гневное рычание.

В заброшенной шахте

Поведав товарищам о бароне, Гром надеялся узнать, кто из них это сделал, но они оказались не причастны.

— У Володора хватает врагов, — сказал Горий, не испытывая радости от его смерти.

— Значит, осталась только твоя благоверная, — раздался голос Рурка. Ответом ему был раздражённый взгляд.

Обучаясь магическому искусству, эти двое составляли вынужденную пару во многих видах упражнений. А потому обоюдная неприязнь их росла с каждым днём. Старый убийца презирал слабого, по его мнению, чинушу, из-за которого возникло столько проблем.