Шарусси

Мне предстояла другая, очень важная встреча: официальное знакомство с животным миром Ваэльнаса.

Во время переодевания меня потряхивало. И я бы обманула себя, если бы списала дрожь на напряжение от ожидания. Наличие Видэ-атэ в жизни Мороэна задевало сильнее, чем я могла предположить. Её тесные отношения с родителями Роэна плодили муторные мысли, глушило их только напоминание об оппозиции в лице ощутимого большинства членов семьи. Я была бы жалкой в своей недальновидной влюблённости, коли бы допустила мысль о том, что она безнадёжна.

Да, тщеславия мне не занимать.

Подбодрив зеркальное отражение живеньким напутствием, я отправилась в конюшню.

Вазила нетерпеливо мялся у денника Гуки и, завидев меня, тут же подбежал. Выглядел дух на этот раз не взволнованным, а встревоженным. Он с немым вопросом присматривался ко мне, суетился, помогая, и старался быть во всём полезным, предупреждая любые просьбы. После нескольких попыток узнать причину его поведения, я сдалась. Капог, похоже, хранил секреты не хуже своего Тэрдома.

Поседлавшись, я уточнила наезженную дорогу к горе и вывела кобылу на улицу. Никаких ворот в этой части резиденции не имелось, поэтому я сразу подпрыгнула в стремени и, подобрав повод, тронула девочку ногами.

Гука кочевряжилась с четверть часа, прикидываясь робкой породистой лошадкой, не знавшей тягости шляхов. То её пугала листва, то шелест дерева, то извилистая палка на земле. Но самое страшное подкралось внезапно — собственная тень выросла из-за поворота и легла под копыта.

Гука взбрыкнула, чуть не отправив меня попробовать местный дёрн на вкус.

— Да что ты творишь?! От соседок набралась? — рявкнула я и поддала по покатым бокам икрами.

Уж я-то знала, что тенью её нервную систему не поразишь. Так, придуривается со скуки.

Гука обиженно фыркнула и пустилась в галоп, в одночасье вспомнив, что ноги нужны не только для того, чтобы трусливо на них ковылять.

С заданным темпом мы шустро добрались до леса, а заходить в него нужды не было.

Животные, птицы, змеи — все собрались на границе поля. Гука сама перешла на неторопливую рысь, затем на шаг, и, гордо выгнув шею, понесла меня, как хрустальную вазу. Ладно, может, соседки не только плохому её научили. Красивый шаг она, ручаюсь, позаимствовала у Авы. Кобыла мага ступала именно так: торжественно, величаво.

В эмоциональном фоне встречающих радости я не заметила и несколько озадачилась.