Шарусси

Это главное высотное здание Ваэльнаса, его постройку спонсировал пятый Тэрдом нового столетия. Потом зайдём в одну галерею, я покажу тебе наше искусство, а ещё можем прокатиться на лодке по заливу, оттуда открываются изумительные виды на небоскрёбы.

— Так и сделаем! — подхватила я, рассматривая уменьшающийся Ваэльнас из того самого панорамного лифта, с помощью которого ранее мы спускались. — А Роэн какой по счёту?

— Он седьмой. У нас избранный Тэрдом правит десять лет.

— Значит, он у власти уже шесть лет?

— Да, в стужень, незадолго до перехода в сечень, мы празднуем День назначения.

Чем выше мы поднимались, тем различимее проступал на горизонте Белый океан. Высокие здания скукожились, а некоторые из них превратились в плоские стежки на растянутой в пяльцах ткани; люди становились до того крохотными, что походили на снующих муравьёв в цветных одеждах. Сумасшедшая их жизнь с высоты казалась надуманной спешкой, но когда мы гуляли там, внизу, то ничем не отличались от остальных, и любой, кто смотрел бы на нас из такого лифта, мог думать о нас, как о муравьях.

— Как тебе город? — Хель прислонилась спиной к поручню, отгораживающему нас от стекла и чувства неминуемого падения.

— Ужасный запах, — рассмеялась я.

— Так тебе не понравилось? — заметно приуныла она.

— Нет, что ты! — замахала я руками. — В смысле, запах ужасен, это правда, но сама терра удивительна. Конечно, раньше я не видела ничего подобного. Нануэк совсем другой, ты даже представить себе не сможешь, насколько наши континенты разные.

— Скучаешь по дому? — разгадала Хель мою интонацию, быстро скатившуюся с восторга к ностальгии.

— Если мой дом — это весь Нануэк, то да. — Я заставила себя улыбнуться, чтобы не вызвать сочувствия, но похоже, добилась обратного результата. Хель поджала губы, и я, испугавшись стать в её глазах нытиком, тут же закончила стенания: — Не будем об этом, теперь это не имеет значения.

— Шарусси сильно изменила твою жизнь?

Вопрос прозвучал слишком выверено для спонтанного. Оно и понятно, будь я на месте Хельды, тоже не преминула бы расспросить хранителя о постигших его изменениях.

— Сложно сказать, что не изменила, так что, да. Сильно.

— Не знаю, что бы со мною случилось, если бы Шарусси выбрала меня или Грина, — вздохнула девушка. — Я бы не смогла оставить его. Мы очень связаны. Для меня проявление Шарусси стало бы настоящей трагедией.