Негодная певица и некромант за клавесином

Я задерживаю дыхание, но поздно. Бусина мутнеет и обретает вид серовато-грязного шарика.

— Юная госпожа не в положении, — твёрдо заявляет врач. — К сожалению, магия не знает метода определения невинности, для этого вам нужно пригласить опытную женщину.

Никогда!

— Понимаю, господин Ив.

— Вероятно, частое сердцебиение вызвано волнением. Я слышу, как оно немного успокоилось.

Так и есть.

Похоже, доктор не самый плохой…

— Я очень беспокоюсь за Карин.

— Не вижу причин для беспокойства. У девушки хрупкая душевная организация.

Как я понял одновременно случились влюблённость к одному молодому человеку и помолвка с другим.

— Да…

— Я выпишу вам микстуру Руза Пойтера.

Знакомое имя…

Вспомнила!

Незадолго до переезда случится грандиозный скандал. Выяснится, что микстура Руза Пойтера не успокаивает, а разрушает личность.

Хм, а не пила ли я курс этой микстуры в прошлом?

Глава 13

Пила?

Не пила?

Понятия не имею.

Спасибо, что помню скандал.

Однажды “Светские хроники” посвятили целый раздел рассуждению о душевной хрупкости благородных дам и особенно юных особ.

В статье упоминалась микстура Руза Пойтера, на тот момент рядового столичного аптекаря, примечательного лишь тем, что среди его предков затесался чистокровный эльф. Якобы микстура поправила душевное здоровье хозяйки модного салона госпожи Брави.

Микстура стала невероятно популярной, её хвалили, рекомендовали врачи. Она действительно помогала снять волнение, поднять настроение.

Убийственное влияние микстуры откроется через несколько лет, а сейчас её действительно считают одним из самых лучших средств.

Мне не поверят просто потому что ещё никто не пострадал, разрушительный эффект проявится позже…

— Вот. Принимать чайную ложку перед сном и после пробуждения.

Доктор вынимает из чемоданчика тёмно-зелёный пузырёк и ставит на мой прикроватный столик. Мама одобрительно кивает.

— Карин как раз только-только проснулась.

Врач согласно кивает, достаёт из чемоданчика мерную ложку.

— Я достаточно хорошо себя чувствую, чтобы не принимать лекарство, — отрезаю я и, встав, накидываю на плечи халат.

— Карин, не капризничай, это для твоего же блага.

Я вдруг понимаю, что если я откажусь, мама ещё больше уверится, что микстура — это то, что мне нужно. Хуже другое. Мама наверняка поступит так, как поступала в моём детстве, когда у меня было воспаление лёгких, и мне прописали очень горькую настойку. Она приказывала слугам меня держать и заставляла пить. Сейчас будет то же самое. Из лучших побуждений, да.