Негодная певица и некромант за клавесином

— Я была в своей детской, — говорю я первое, что приходит на ум.

— Бегала обнимать своего зайца? — настороженность уходит, мама вздыхает и даже по-доброму улыбается.

— Угу, — какое хорошее объяснение она придумала.

Мама подходит ко мне, и я смотрю на неё снизу вверх.

Неужели нет способа докричаться? Если я расскажу, что вернулась из будущего, меня начнут лечить как душевнобольную. То, что я стану певицей, родители тоже не примут — это не серьёзно, у меня нет слуха, голоса, и ещё тысяча бессмысленных причин.

Сказать, что буду самостоятельной? Мама придёт в ужас, потому что по её мнению за женщину должен думать мужчина, сперва отец, затем муж.

Интересно, а когда-нибудь потом, когда я стану той, кем мечтаю быть, они смогут принять мою правду?

— Карин, — вздыхает мама, садится рядом со мной и обнимает

Я опускаю голову ей на плечо:

— Да?

— Повернись, я расстегну, — мама гладит меня по спине и снова целует в лоб.

Даже не ругает за выходку с пением…

Мама меня любит. Какой ещё девушке мама будет заменять горничную? А всё, что я собираюсь сделать в ответ на её любовь, это заставить волноваться, и от этого горько.

Я послушно поворачиваюсь — миг воцарившейся идилии драгоценен.

И лишь когда с меня спадает платье, я вспоминаю, что у меня в декольте деньги, и я их ещё не перепрятала. Купюры лежат в белье под нижней сорочкой, а вот платок с мелочью падает мне на колени, и мама его видит.

— Что это, Карин? — мама протягивает руку.

— Это… подарок.

Если объяснить моё нежелание выходить за Берта любовью к другому… По крайней мере это мама точно поймёт.

— Карин?! — она всматривается в моё лицо.

Я стискиваю платок и, вывернувшись из её объятий, вскакиваю:

— Да! И что? Он такой замечательный! Он настоящий! Не то что Берт. И я люблю его!

Маме больше не до платка, но, кажется, я на ровном месте создала себе очень большие проблемы.

Мне не нравится лгать, но сказать правду страшнее.

— Карин, как ты могла? Мы с папой заботимся о тебе, думаем о твоём будущем, а ты… Ты же была такой хорошей девочкой, как ты могла влюбиться?

— А что, хорошие девочки не влюбляются?

— Ты забыла, как закончила кузина Эмилен? Дай сюда! — мама встаёт и протягивает руку, требуя отдать платок.

Она ни на мгновение не усомнилась, что я подчинюсь.

Но я лишь крепче стискиваю свои гроши.