Тринадцатый принц Шеллар

Двое припозднившихся – те, кто пересекут вход в Храм последними, - покинут Отбор.

К тому же, по желанию Холста, испытание начиналось с полета - участники должны будут спрыгнуть с флайера на паравингах с высоты в четыре тысячи метров и приземлиться в указанном им спальном районе Старого Меффиса.

Так уж вышло, что и меня это касалось напрямую, потому что я тоже собиралась присоединиться к своим женихам.

Мое решение понравилось далеко не всем - не пришлось оно по душе ни Лайару Нойлену, ни Барту Макридену, ни Яннику Леклеру.

Остальные благоразумно держали язык за зубами. Зато Карстен Земан его одобрил. Многократный чемпион по паравингу сразу же заявил, что прыгать мы будем с ним в тандеме.

Янник, который после двух дней совместного отдыха на Найхири стал проявлять замашки собственника, попытался было меня отговорить.

- Зачем тебе это, Шелли? – спросил он у меня, когда мы встретились с ним в вестибюле «Гостеприимства Холта», расположенном в центре Нового Меффиса следующим утром после нашего прилета на Каскару.

Отель быть переполнен, но постояльцы в нем были преимущественно женского пола, которые, уверена, прилетели сюда, чтобы выпросить благословение Богини на скорейшее замужество или продолжение рода.

- Ты прекрасно выглядишь! - спохватился Янник, вспомнив о неизменном утреннем комплименте.

Притянул к себе и поцеловал в щеку, чем вызвал зубовой скрежет у Арвена, следовавшего за мной по пятам.

- Это моя планета, - пожала я плечами. – Я здесь родилась и неплохо знаю город.

Моя мать была Верховной жрицей, подозреваю, в том самом Храме Любви, куда нам надо попасть. Я чувствую связь с тем местом.

Янник моргнул удивленно.

- Я рад, Шелли, – заявил он, - что ты помнишь и уважаешь свои корни. Но я не понимаю твоего желания пройти через испытание. Если уж тебе так хочется прогуляться по ночному городу, то почему бы тебе дожидаться победителей на ступенях Храма?

Хороший вопрос! Я задумалась, пытаясь подобрать правильный ответ. Янник был прав – стартовать во втором туре у меня не было никакого резона – ведь я уже выбыла из соревнований за собственную руку, но все же…

- Я должна в этом участвовать, - наконец, заявила Яннику.

– Мне кажется, мой родной отец этого бы хотел.

Пусть это не поддавалось логическому объяснению, но меня не оставляло ощущение, что в Отборе был скрыт куда более глубинный смысл, чем битва за мою руку двенадцати женихов.

Уверена, Бирген Холст пытался мне что-то сказать.