Башня Вемовея 1. Душеспасательница

Стена, за которой некто ломился к нему, сотрясалась от необычайно мощных толчков. Неотступно, остервенело. Как набат. А затем послышался рык разъяренного зверя, приглушенный преградой: «Я доберус-сь до тебя!».

Черноволосый парень лежал на мокром песке ничком. Пенный прибой омывал его туфли с загнутыми носами и мочил края шуйского алого плаща с золотым парчовым подбоем. Любопытные чайки с опаской обходили тело и продолжали вытаскивать мелких рачков из песка. Когда человек пошевелился, птицы рванули в небо.

Вемовей сел, превозмогая боль в мышцах. Поморщился. Бред про долбёж в стену отпечатался в памяти очень ярко. Оставалось надеяться, что это не начало обещанного сумасшествия от того, что он надышался парами божественного шуйского фимиама. К влажному от холодного пота лбу прилип морской песок, и парень вытер его рукавом.

– Дракон дери, свободен, – прошептал, оглядев пустынный берег и темную полосу моря. Затем подскочил, будто и не лежал только что без сил. Взбежал на ближайшую дюну и впился взглядом в горизонт.

Ликующий крик изо рта вырвался сам, но кашель быстро погасил его. Парень содрал с пояса флягу с водой и впился в горлышко бутыли.

События недавнего прошлого заворошились в памяти. Много, очень много огня. Затем ярый шторм в ночи. Оцепеневшее от напряжения и озноба тело, дикое желание удержаться на драконе, который его нес на себе. Ослепленные молниями глаза, ливень и ветер, что били наотмашь.

Вем ощупал себя за пазухой: «Уф, на месте».

Но тут вспомнился миг, когда два увесистых мешка с золотом срываются в пасть водной стихии.

– Дракона мать! – прошипел с досадой. – Сдохшая ха-ши, – добавил на шуйском ругательство.

Лучше бы документы выронил. Плевать. Но деньги…И что же дракон? На горизонте ящера не видно.

– Свалил. Я бы на его месте поступил бы так же.

Вытряхнув песок из туфель, снова их надел. Поправил набедренную портупею с пристегнутыми к ней кинжалом и дедовым скипом.

Но дракон-таки объявился. Спустя час пути вынырнул из моря с тюленем в пасти.

– Тварь чешуйчатая, – прорычал Вем, отчего-то мгновенно заводясь. – Я же снял с тебя побрякушку с рабским подчиняющим накладом, чего еще тебе надо?

Черный крылатый ящер выполз на берег, догладывая добычу. Сильный, жилистый, блестящий от стекающей с него воды.