Грёзы о любви

Боковым зрением он ловил заинтересованные и предвкушающие взгляды знати — в основном их с Линэль хороших знакомых, — все ждали, что сейчас будет. Полукровка поднял на них своих мерзкие серые глаза. Принц с принцессой хорошо его знали — благодаря матери. Нейлин был тем самым чудовищем, что когда-то разрушил прекрасный союз. И пусть мать их была теперь счастлива с отцом, такие оскорбления не прощаются. Тем более Нарель Миратэ посмел притащить своего бастарда на королевский бал! Полукровку-ликана! Близнецы и с кузиной и кузенами — детьми Астеры Феланэ — общались через раз, потому что те были наполовину людьми! А тут ликан!

— Поистине, нет пределу бесстыдства, — негромко, но и не тихо, так, чтобы услышали стоящие в отдалении друзья, произнесла Линэль, подходя к Нейлину.

— Согласен, сестра. Кто бы мог подумать, что однажды своды нашего прекрасного дворца осквернятся присутствием ликана?

— Ликана?

Это

? — Линэль холодно рассмеялась.

Нейлин ничего не ответил, лишь побледнел, отчего волчьи черты проступили еще четче на его по-эльфийски прекрасном лице.

— Да, неудачный термин, — согласился Лидэль под смешки окружающих их девиц. Шаэль Виранэ успела подмигнуть принцу.

— Но даже нам сложно придумать, как назвать его.

— Мне в голову приходят лишь эпитеты: недопустимо, невозможно, неприлично.

— О да, но что же делать бедным принцам и принцессам, леди и лордам, если к ним на бал привели...

— Щенка?

— Слишком мило для этого чудовища.

— А для псины? — предложил Лидэль, даже не замечая улыбки Шаэль Виранэ и других девушек.

— Неплохо...

для псины.

— Ваше высочество...  — Нейлин все же решился заговорить.

— "Ваше высочество"?  — с насмешливым презрением переспросил Лидэль.

— Ваше высочества, развлекаетесь?  — раздался позади знакомый голос.

Лидэль обернулся и встретился взглядом с глазами цвета топленых сливок. Линэль тоже посмотрела, кто же рискнул прервать

их

: такой наглостью в Листерэле не обладал никто, кроме их несносного старшего брата.