Ведьмы

Если бы Гиббз находился в тяжелом состоянии, об этом ведь уже сообщили бы в новостях? Ушлые журналисты могли докопаться до правды порой быстрее полиции, и Санни, окрыленная догадкой, купила в ближайшем киоске свежий номер первой попавшейся новостной газеты. Но как только она его развернула, телефон в кармане не ее куртки ожил.

— Кто это говорит? — голос в нем был слаб, но весьма и весьма узнаваем. — Школьница, ты что ли?

Как будто он тоже мог читать мысли, потому что Санни успела только что-то сдавленно промычать вместо приветствия.

— Я так и думал, что мои вещи у тебя.

Ну, связно говорит — значит, явно в здравом уме, однако Санни для вежливости поинтересовалась:

— Как вы себя чувствуете?

— А что, волнуешься?

— Вот еще. Хочу знать, куда отослать ваше барахло. Не очень хочется, чтобы меня привлекли за кражу, которую я не совершала.

— Ты могла позвонить кому-нибудь из контактов в телефоне. Неужели удержалась от любопытства?

— Отлично, мистер Шерлок Холмс, как бы я сняла его с блокировки? А вам, надо сказать, так никто за это время и не позвонил — видимо, маловато людей по своей воле захотело бы пообщаться с таким хамом, как вы.

— Давай, школьница, продолжай в том же духе. Ты лучше любого анестетика. — Голос в телефоне захрипел, как будто его обладатель внезапно испытал сильную, резкую боль. — Я запишу его на диктофон, чтобы слушать, когда мне будут обрабатывать швы.

— Что? Швы? Все так серьезно?

— Ты выдала себя, дурочка.

— Идиот!

— Ты забыла добавить «детектив», школьница.

Редкостный гаденыш.

— Куда мне отправить ваши вещи, детектив идиот? — как можно безразличней спросила Санни. — Вы можете продиктовать мне адрес… Хотя нет, давайте лучше я положу их в камеру хранения на вокзале и отправлю смс с номером? Я не очень хотела бы нести их в участок, потому что…

Потому что уже была в нем и даже словом не обмолвилась, что забрала их себе вместо того, чтобы еще вчера отдать кому-нибудь из его коллег.

— Или просто оформить доставку на имя кого-нибудь, кого вы знаете?

— Не дури, школьница. Просто приезжай.

— Что?

— Приезжай, говорю. Будешь заговаривать своей болтовней мои страшные и невероятно тяжелые раны.

Глава 4. Джентльмены едят жареных цыплят

Рана оказалась одна и, похоже, совсем не такая страшная и невероятно тяжелая, как Санни в ужасе представляла себе всю дорогу.