Надежда инженера Гранта

Подозреваю, что знали о привычке хозяина поздно возвращаться. И о том, что у инженера есть, чем поживиться. Я уверен, даже последний попрошайка знает, что дома для приезжих специалистов по личному распоряжению Его Сиятельства самым наилучшим образом обставляли, не так ли?

— Из того, что в доме у меня, можно вынести незаметно только продукты из кладовки и посуду кухонную, — со всей серьёзностью сообщил после паузы Грант. Он уже полностью пришёл в себя и не без удовольствия присоединился словесной пикировке.

— Вот не повезло грабителям, — с притворной печалью произнёс ветвенин Скрябин. — И кто же это такой предусмотрительный: вы или это по распоряжению Его Сиятельства?

— Не угадали. Матушка моя.

— Мудрая женщина. И заботливая.

— Просто отчим рассеянный весьма и забывчивый, Ваше Превосходительство, а братья младшие в него пошли.

— Ну что ж, будем надеяться, что это были благоразумные злодеи, которые не стали лишать вас законно нажитого имущества. Но, чтобы убедиться в этом, необходимо произвести осмотр вещей. Разумеется, с вашего разрешения. В этом случае присутствие жандармов в доме будет кратковременным. А вот я с радостью соглашусь на последующее любезное приглашение выпить чашку чая в вашей приятной компании, — довёл свою мысль до конца розыскарь.

— Я буду счастлив, Ваше Превосходительство, у меня дома превосходный чай.

— Главное, чтобы было что пить, — просипел позабытый урядник, привлекая внимание к карте Большой Качи, точнее к участку, на котором мигал алый огонёк. — Тут караульный Гойка сигнализирует, что двадцатый дом на улице Сошной нараспашку стоит. Заходи, кто хочешь, выноси, что найдёшь. К тому же почтенная вдова Жара́ва Алы́мовна Эслё мальчишку с запиской прислала, в которой слёзно просит разыскать заграничного инженера, соседа её.

Сразу выехать не получилось: несколько минут искали, во что одеть Гранта. Ветвенин Скрябин воспользовался моментом и всё это время проговорил по аппарату. Разговор был эмоциональным, но Грант мог только догадываться, о чём именно, так как ничего не слышал, но мог наблюдать за богатой мимикой чужого лица.