Госпожа судьба: в погоне за вервольфом

Пока не стало слишком поздно, и бывшая возлюбленная – что предпочла старшего брата и стала хозяйкой в родовом доме – не решила покататься на лошади у самого леса, где он и ждал удобного момента…

– Позволите мне войти?

Вопрос супруга поставил меня в тупик. Я так увлеклась мрачными размышлениями, что не сразу сообразила, как на это ответить.

Конечно, он имел полное право ходить по собственному дому без особого разрешения, но я ведь не была его женой! Во всяком случае, настоящей, что обещала ему верность, долг и жизнь в любви…

– Прекрасно, – не дождавшись ответа, Фарун решительно шагнул в комнату и прикрыл за собой дверь.

Я представила, как сильно удивился бы муж, обнаружив в комнате живого болтливого петуха, и поежилась. Но, к счастью, Блик успел спрятаться и не попался гостю на глаза.

– Как жаль, что мой невозможный храп мешает нам делить одни покои на двоих!

В этом я не могла с ним согласиться. Проводить ночи в одном помещении с мужчиной, который вполне мог оказаться убийцей, мне совершенно не хотелось.

– Так все дело в храпе?

Накануне из спальни мужа доносилось разные звуки, но ни один из них я бы не отнесла к храпу. Он либо врал, либо не договаривал, что в нашем случае выглядело одинаково плохо.

Кажется, Фарун уловил мое замешательство и пожелал перевести неловкость в шутку. Выглянув в окно, он произнес:

– Я всего лишь хотел сказать, что вид из ваших окон куда лучше.

– С этим трудно поспорить, господин.

Я все еще не понимала, зачем он пришел, а Фарун явно не спешил делиться подробностями.

– Я всего лишь хотел заверить вас, что вам не стоит бояться моего буйного братца.

– Бояться?

Супруг подошел к кровати и непринужденно присел на край цветочного покрывала. Лицо его не выражало ровным счетом ничего, будто мы обсуждали не возможного маньяка под нашей крышей, а меню грядущего ужина.

– В свое время он причинил вам немало зла и боли, но теперь не нужно об этом переживать! Я защищу вас от всех угроз, как и обещал.

Я невольно скрестила руки на груди, стараясь отгородиться от слов Фаруна и обоих братьев сразу.

Вольно или не вольно, муж пытался настроить меня – или Аруну, которая очень удобно потеряла память – против Кедрика. Но зачем? Тот правда настолько ужасен, или причина в другом?

– Благодарю, – неуклюже кивнула я. – Но могу я узнать, что настолько плохого он мне сделал?

Мне показалось, что муж вот-вот расскажет больше.