Опаленные души. Часть третья: Алый огонь

– Чего? – осекся мужчина, отрывая взгляд от трясущихся животных, и переводя его на смущенную девушку.

– Я… иногда я… со мной… со мной не все в порядке, – горько призналась Чендлер.

Мистер Смит тупо на нее уставился, будто не понимая значения прозвучавших слов. На заднем плане продолжали громко скулить волки и кричать обеспокоенные горожане.

– Я… мое наследие… у меня… – девушка начала отчаянно запинаться. – Иногда я злюсь так сильно, что… что вещи вокруг ломаются. Это… это ненормально и я… мне очень жаль, но это… это не ваша вина.

Это… это со мной что-то неправильно, – тихо сказала Чендлер.

Жених продолжал молча на нее смотреть. В его взгляде отчетливо плескалось крайнее потрясение. Рената нервно поджала губы и с силой вцепилась в свое уличное платье. Это было одно из тех платьев, которые выбрал для нее Маркус – новое, хорошо облегающее фигуру и с красивыми кружевами, идущими по самому подолу. Это был первый раз, когда Чендлер решилась одеть что-то подобное… она хотела выглядеть красивой.

Чтобы мистеру Смиту не пришлось краснеть за нее, куда бы они не пошли.

Как глупо. Будто она имеет право на что-то нормальное.

– Вы… – внезапно сказал мужчина. – Это не вы. Это… я, – хрипло сказал он.

Рената непонимающе моргнула и подняла взгляд. Ее глаза удивленно расширились… на лице мистера Смита отражалась неподдельная, мучительная боль.

– Вы не виноваты, – с каким-то нажимом сказал мужчина. – Это я… животные всегда боялись меня. Они всегда… – тут голос мужчины запнулся и стал каким-то отчаянным.

– С вами все в порядке! Это со мной… это я… вы замечательная девушка. Вы замечательная! – горячо заверил мистер Смит. – Мне очень жаль, что я заставил вас думать… я… я не должен был. Мне очень жаль! – хрипло сказал мужчина.

Его руки периодически сжимались, будто он хочет до чего-то дотронуться, но не осмеливается. Рената же застыла на месте и недоуменно моргала, сраженная напором в его голосе.

– Животные… вас боятся? – нерешительно спросила Чендлер.

На лице мистера Смита снова возникло то болезненное выражение, после чего он хмуро ухмыльнулся.

– Да… и птицы, и насекомые… и люди, – горько сказал мужчина. – В общем-то все. Кроме вас, – как-то робко признался мистер Смит.

Рената снова недоуменно моргнула. После чего окинула взглядом зоопарк… посмотрела на прохожих, которые продолжали обходить парочку по широкой дуге, окинула взглядом скулящих волков… вспомнила что пока рядом был мистер Смит, около клеток никто не толкался.