Опаленные души. Часть третья: Алый огонь

– Я… я убила их. И продолжила это делать… я убивала людей, я ломала им кости и вырывала зубы. Мне приходилось есть мусор и быть избитой до крови… теперь, если мужчина дотрагивается до меня… там… я бью его. Я просто не… не могу подчиняться как хорошая жена. Больше не могу мягко разговаривать и шить. Я потеряла свое достоинство аристократки, Леди и уподобилась животному. Мне так жаль брат… но ты больше не можешь мной гордиться, – горько призналась Валери.

На складе повисла тяжелая тишина. Рената старалась даже не дышать лишний раз… ей казалось, что она смотрит на что-то глубоко личное.

Наконец Вольф Гринфайер пошевелился. Он аккуратно отвел руки от лица сестры и очень мягко обнял сжавшуюся в комочек девушку. А потом тихо сказал:

– Брат тобой очень… очень гордится Валери. И я уверен… отец и матушка на небесах тоже очень тобой гордятся, – в голосе Вольфа горела горячая, совершенная убежденность.

И только после этих слов Валери развалилась окончательно и громко, надрывно зарыдала.

Глава 3. Веселое знакомство

Габриэль Смит стоял и очень тоскливо смотрел на дверь склада.

Зак Свенсон стоял и не менее тоскливо смотрел на начальство, что своей демонской инициативой по встрече с Вольфом превратил долгожданную вечеринку с кучей зверодевочек в... это.

Рената Чендлер пряталась за коробками и медленно но крайне решительно продвигалась к выходу.

Виктория же... оставалась замершим памятником самой себе.

Валери продолжала плакать. Вольф продолжал крепко ее обнимать и мягко покачивать из стороны в сторону как маленького испуганного ребенка.

Социальный инвалид по имени Габриэль начал не выдерживать эмоционального накала ситуации и медленно отходить к выходу. Рената же начала подумывать о том, чтобы плюнуть на всю эту ситуацию, вызвать Маркуса и сбежать из этого места к демону.

К сожалению, у Чендлер осталось достаточно совести, чтобы не напоминать Валери о том что Маркус всегда где-то поблизости. Поэтому она продолжала тихо, но упорно идти... немного забыв о том, что на складе присутствует кто-то еще.

И так два социальных инвалида, полных невиданной решимости сбежать из сложной социальной ситуации встретились у дверей склада. Точнее не так – Габриэль повернулся, чтобы тихо открыть огромную деревянную дверь (да, он понимал, что даже слепоглухонемой заметит открытие "дверки". Но он больше не мог!) и именно тогда его глаза наткнулись на некое лицо, осторожно выглядывающее из-за ряда ящиков.

Смит моргнул и резко тряхнул головой.