Опаленные души. Часть третья: Алый огонь

И тут Зак не выдержал. Есть предел тому, как сильно он может НЕ ДУМАТЬ.

– Заткнись! – проревел Свенсон, впиваясь руками в волосы. – Заткнись, заткнись, заткнись, заткнись!!

– Зак? – почти испуганно донеслось спереди.

– #$@! – прорычал женский голос, и Зак услышал быстрые шаги.

А потом его шляпу сдернули с головы и схватили за руки, надежно фиксируя пальцы. Так, Свенсон не мог нанести себе существенного вреда. Зак знал этот захват... она даже не пытается! Или просто он слишком много помнит?

– Успокойся... он просто пытается тебя достать, – твердо сказала одержимая артефактом Клара.

– Что с ним? – зло спросил босс.

Одержимая девушка тяжело вздохнула.

– Этот огненный придурок пытается ослабить его психику, а потом убить, – устало сказал артефакт. – Видно сосредоточился, чтобы нащупать слабые точки... долго это не продлиться. Демоны не способны сохранять концентрацию дольше получаса. Потом они резко тупеют, – безжалостно сказала девушка.

– Я все равно его грохну, детка. Если не так, то лично, – ласково заверил голос.

И от этого мягкого заверения, Зак начал злиться. Нет, не так... он начал злиться. Будто смерть Свенсона дело уже решенное. Будто он просто разменная монета в жизни этих двоих нечеловеческих тварей. Возможно именно поэтому Зак сделал то, что сделал. Мужчина опустил руки и медленно поднял глаза. На него пристально смотрело лицо одержимой артефактом девушки.

– Он грозиться лично меня грохнуть, – сдал мерзкий голос Свенсон.

Лицо девушки исказилось в хорошо знакомом Заку выражении лютого бешенства.

И это был последний раз, когда он видел то лицо.

– Маменькин сынок, – проворчал огненный демон.

И тут... Зак замер. Он ошарашенно моргнул, будто не в силах в это поверить. Разве это не секрет о котором все знают, но никто не упоминает вслух?

– Ты.

Такого он не ожидал. Это было как-то слишком прямо. Как удар по яйцам.

– Что сказал? Я сказ... ой, – запнулся демон. – Б#@! Я начинаю тупеть! Давай ты сделаешь вид, что ничего не слышал?

– Что он сказал? – подозрительно спросила одержимая девушка.

И Зак, в безжалостном акте мести всем и сразу, честно ответил.

– Он сказал, что я маменькин сынок, – без тени жалости поведал Зак Свенсон.