Вдохни аромат жасмина

И кто сказал, что “Я” буду туда пробираться? В моих планах было отправиться туда вместе. Площадь большая, втроем будет быстрее.

Губы Виктора дрогнули и изогнулись в кривой улыбке. Рад, что я наконец-то не прошу его сидеть дома? Вырос, но все еще ведет себя, как ребенок.

Энтони докурил сигарету, затушил окурок и оставил пепельницу на подоконнике, разворачиваясь к нам. Он качнул головой и посмотрел на меня:

- Помните дорогу к этой церкви?

Усмехнулась и, растянувшись в улыбке, кивнула:

- Я смогу добраться до нее с закрытыми глазами.

*

Когда мы выехали на дорогу среди леса, солнце медленно приближалось к горизонту. Детектив успел выкурить три сигареты, а Виктор внимательно следил за дорогой. Я, сидя на переднем сидении, теребила заусенец, пытаясь его оторвать.

Знала, что как только переступлю порог церкви, на меня нахлынут воспоминания о том времени. Я была бы счастлива, коснись его проклятье моей памяти. Забыла бы обо всем, обменяла воспоминания, на возможность умереть, как нормальный человек.

Возможно, мне давно стоило смириться с той частью себя, от которой я так старательно пытаюсь сбежать. Прячу ту маленькую Эвелин, которая так легко поддалась на манипуляции мужчины, казавшийся ей прекрасным принцем. Моя жизнь с ним была не такой уж плохой, пока я сама все не испортила своим любопытством и, должно быть, взрослением.

Дорога становилась хуже, а когда вдали показались белые стены высокого здания, нам пришлось остановиться из-за перегородившего путь бревна.

- Эвелин! - Выкрикнул Виктор мне вслед, но я ничего не ответила.

Сухие листья трещали под ногами, а колючие ветки били в лицо. Но ничто уже не могло остановить меня. Я бежала туда, пробираясь сквозь густые заросли, словно всю свою жизнь ждала момента, когда смогу вернуться. В место, которое я называла домом, где жили те, кто был моей семьей.

Когда лес и высокая трава оказались позади, я выбежала на ровно стриженный газон. Подняла глаза, смотря на совсем не изменившееся здание, и оглянулась, понимая, что вокруг все выглядит слишком ухоженным. Церковь забросили практически сразу, как разгорелся скандал, учиненный мной. Здание должно было немного разрушиться, потерять первозданный вид, а каменные дорожки, ведущие к входу, заросли бы в первый год.