Рок и Кара

В сердцевине сплетения зияла дыра, остальные же обрывки изрядно обуглились и медленно чернели. Но все же я сделала достаточно.

Я не сразу поняла, что изменилось в тишине ночи. Лишь несколько мгновений спустя меня осенило: я больше не слышала тяжелого дыхания борова.

— Великолепно! Кара, вы прекрасны!

Восхищенный, полный какого-то чистого восторга голос Рока заставил меня очнуться.

Я тряхнула головой, возвращаясь из темноты в настоящий мир. На меня тут же навалилась жуткая слабость, и я, охнув, упала на колени.

— Кара! — Рок подлетел ко мне так быстро, пожалуй, даже будь у него крылья, он сделал бы это медленнее.

Я проигнорировала его вопрос. Казалось, что задать свой гораздо важнее.

— Как убийца может быть прекрасен? — Эти слова я не прошептала — прохрипела, а затем закашлялась. Живот сдавило спазмом, а затем, к моему стыду, меня стошнило —кровью.

Все тело словно одеревенело. В голове стало пусто и мертво.

Впервые я настолько ослабла после использования дара. Хуже было разве что на поединке, когда я сплела наши со Светом нити жизни.

Рок вытащил из кармана носовой платок и осторожно коснулся моего лица, стирая с него красные липкие следы. Я молча наблюдала за его действиями и ждала ответа. Знала, что он последует. Так и вышло.

— Вы не убийца, Кара, — помолчав, сказал Рок. — Вы — олицетворение возмездия.

Он прижал к моим губам платок, стараясь остановить кровь, выступившую, как я поняла, в самом уголке. Наверное, усталость затуманила мне разум, потому что я перестала себя контролировать.

— Вам самому не страшно от этих слов? — прямо спросила я.

Рок усмехнулся. В его голубых глазах вспыхнул огонек — отголосок мысли, мне непонятной и недоступной.

— Сложно бояться тому, кто каждый день сталкивается с чужими кошмарами.

Ко мне медленно возвращалась чувствительность. Лопаток коснулся легкий ветерок, сквозящий из открытой на улицу двери, спину заколола разбросанная по полу солома, а заледеневшая кожа под ладонями Рока вспыхнула. Он одной рукой придерживал меня за поясницу, другой — за шею, и казалось, от его пальцев идет тепло, волнами расходящееся по телу.

Рок смотрел на меня открыто, и от его взгляда, таящего в себе многозначительное обещание, у меня быстро-быстро зашлось сердце — не от страха, от волнения. Я сделала рывок вперед, села, по-прежнему поддерживаемая Роком, и только тогда осознала смысл его слов. Грудь сдавило от дурного предчувствия.

— В чем ваш дар, Рок?

— Я думал, вы уже не спросите.