ГОВОРЯЩАЯ С ПРИЗРАКАМИ: Демониада

— Граф, вы что… вы… — Лика не могла опомниться.

— Вы посвятили девочку, граф? — бархатным голосом спросила появившаяся в коридоре Рита. Ведьма выглядела прекрасно, и не скажешь, что вчера ее сердце билось на ладони у Насти.

— Не я, — и кажется, это особо забавляло графа, — Настя выбрала не меня, не ангелов, она, представьте себе, вызвала саму Мать.

— А девочка не так проста, как казалось сначала. Не так ли, мой милый граф? — довольно промурлыкала Рита. Она подошла к Насте и, обняв ее крепко, поцеловала в губы. — Ты умница, земная.

— Вы можете прекратить этот идиотский разговор?! — взорвалась наконец Настя. Не хотелось признаваться, но поцелуй Риты был обжигающе приятным. — Никого я не выбирала, там они стояли, на полянке. И что такого в этой коробочке?

Она сунула ее под нос Рите. Зеленые глаза рыжей ведьмы как-то странно сверкнули, и она с шипением отскочила в сторону.

— Наша Настя сплошной склад интересных вещичек, — проворковал граф. Ему это все доставляло несказанное удовольствие. Ну надо же.

Кажется, все подключились к игре. Даже Он. Забавно.

Как же он ее злил! Эта полуулыбка, насмешливая и снисходительная, что образует морщинку на правой щеке. Хочется впиться в нее губами, и он об этом знает. Чтобы переключиться, она схватила коробочку и попыталась открыть. К ее огромному удивлению, крышка и правда поддалась так легко, словно до этого она не пыталась открыть ее ножом. На черной бархатной подушке лежала подвеска.

— Твою мать! — Лика испуганно зажала себе рот. Ангелы не ругаются.

Почти. Никогда. Но теперь ей стало понятно, почему граф Виттури на грани того, чтобы расхохотаться над самим собой. Они не ожидали, никто из них, что эта девочка, которая попала в агентство абсолютно случайно, вдруг окажется той самой, которой бредил еще Иоанн Богослов.

Настя держала коробочку на ладони вытянутой руки. Что они все застыли как статуи? Она, честно говоря, ожидала чего-то… более впечатляющего. Кнопки от ядерного чемоданчика, к примеру. Или какого-нибудь таинственного камня необычной породы.

Но они стоят и смотрят на нее, будто она восьмое чудо света. А на бархатной подушечке тускло блестит солнце с месяцем внизу, а вокруг двенадцать звезд, ну и что в этом особенного?

— Что у вас тут происходит? — в коридор вышли Цезарь и Итсаску.

Граф Виттури быстро глянул на Лику и Риту, а потом с улыбкой повернулся к Цезарю.

— Ничего особенного, девчонки и их побрякушки. Если ты не против, Цезарь, я бы хотел поговорить с Настей у тебя в кабинете.