Разделённые

– В общем, прости меня, – на сей раз искренне проговорил я.

– Не сержусь, обиду не держу, – махнув рукой, отозвался Лучесвет. – Просто не делай так фольше.

– А ты не голоси на всё поселение, – усмехнулся я.

– Договорились, – брат слегка улыбнулся, видно, более широкая улыбка, которую он так часто дарил окружающим, причиняла ему боль. – Тебя ругали?

– Солнцесвет кричал, - вздохнул я. – Однако, думаю, это не самое страшное, наверняка меня позовут в Сияющую Общину.

– Выслушивать причитания Старейшин, – вздохнул брат.

– Главное, чтобы всё закончилось одними причитаниями, а не чем похуже, – хмыкнул я и, встав с глянки и кивнув Лучесвету, покинул его жилище.

Как и ожидалось, стоило мне вернуться от Лучесвета, как поджидавший меня сольхан, сообщил о том, что теперь мне нужно идти в Сияющую Общину.

Всю дорогу мы шли молча, Солнцесвет старался вести себя как обычно и не обращать внимание на заинтересованные взгляды братьев. Я же старался смотреть себе под ноги и думать лишь о том, как избежать гнева Старейшин.

Сияющая Община встретила нас тишиной. Все её обитатели стояли в центре на возвышенности, образуя полукруг. Солнцесвет пошёл медленнее и, дождавшись, пока я обгоню его, положил свою руку мне на плечо, слегка надавив.

Ясно, значит, без этого не обойтись.

Я послушно склонил голову и опустился на одно колено, выражая почтение и как бы каясь в своей вине. Мой сольхан опустился рядом, чуть позади: моя вина – его вина.

Пять пар глаз молча воззрились на нас, от чего у меня пробежали мурашки по спине.

– Ты знаешь, в чём виновен? – послышался громогласный голос Солнсвета.

Я невольно хмыкнул, но, поймав предостерегающий взгляд Лучни-йара, склонил голову ещё ниже и тихо произнёс:

– Да, знаю.

– Ты признаёшь свою вину? – вопросил другой Старейшина. По грозному и строгому голосу я узнал в нём Солуна – воплощение справедливости и честности. Старейшина никогда никого не обвинял, пока не разберётся во всей ситуации.

– Признаю, но Лучесвет тоже виноват, – я осекся под грозным взглядом сольхана, но продолжил. – Он стал голосить на всё поселение, что я болен, а я здоров! Вот я и не сдержался… Перед братом я принёс свои извинения, он простил меня. Конечно, если вы решите наказать меня, я приму.

– Встань, Лучезар, – услышав дружелюбный голос Лучни-йара, я немного приободрился.