Я тебя не...

Обнял мои ладони своими и протянул, будто я решила с ним поиграть: — Я сделаю так, что ты захочешь. И время у тебя тоже появится, гарантирую.

Что он задумал? Разрушить мой бизнес? Шантажировать? Угрожать? Не в его стиле. Тогда что? От неизвестности и предположений разболелась голова.

— Мне, как и вам, не свойственно повторять, но прошу еще раз: отпустите меня, иначе закричу и ваша… не жена начнет задавать ненужные вопросы.

Меня ураганом прижали обратно к стене:

— Скажи, что забыла меня, — прошептал Сатор, прижав ладони к стене по обе стороны от меня.

Я отвернулась – это все, что позволяла поза. Присутствие Сатора волновало. Волновало так, что я чувствовала, как его дыхание стекало по моей щеке и растворялось прохладным шлейфом на шее. Было сложно дышать: моя грудь касалась его, и прикосновения отзывались жгучей болью в сердце.

— Вы меня с кем-то настойчиво и болезненно путаете!

— Но ты не пытаешься вырваться…

— А это имеет смысл? – спросила устало.

Повисла мучительная пауза. Он с ненавистью смотрел на мои губы, а я замерла в страхе и ожидании: отстранится или обрушится на меня с ненужным и нежеланным поцелуем?

Нежеланным ли?

«Ведь я все еще помню вкус его губ», — промелькнуло в голове, стоило на них посмотреть.

Стук в двери разорвал натянувшуюся между нами нить. Я снова отвернулась и попробовала отпихнуть мужа.

— Сатор? – позвала леди Изабелла.

— Отпустите. Не заставляйте меня кричать и выставлять вас в невыгодном свете.

— Ты так не поступишь.

Поглубже вдохнула, наиграно демонстрируя намерение, и подавилась от следующей фразы:

— Хоть один звук, и я закрою твой рот поцелуем.

— Сатор!!! – возмутилась громогласным шепотом, словно мы любовники и прячемся от законной жены.

— Да, он самый, — самодовольно улыбнулся мой кошмар той самой улыбкой, от которой в юности плавилось мое сердце

Совесть есть вообще? А, нет, простите, я же его совесть.

— Сатор, да открой же ты эту дверь! – взвизгнула леди Изабелла, ударив по ней кулаком.

— Порой лиреи строптивы, поэтому Справедливая дает им двадцать четыре часа на раздумья. Завтра в полдень я жду тебя на торжественном приеме в честь моего вступления в должность.