Драгоценная тёмного. отрывок

Тот, что сидел рядом с управляющим лошадьми, озирался по сторонам:

— Знал бы, что эта сучка окажется фейри, хрен согласился, — зло высказался он, сплюнув соломинку, что нервно жевал до этого.

— Да брось ты! — отозвался сидевший на крыше, — зато больше денег стребуем за такую подставу!

— Я посмотрю, как ты запоешь, если на других фейри наткнемся. Они за версту чуют своих.

— Что ты паникуешь? Заветный лес далеко, а в здешних краях даже пикси давно не видели, — верхний обвел вокруг себя стрелой, которую вместе с луком держал наготове.

Нервный махнул рукой, что-то пробухтев себе под нос.

— Он прав, — сказал кучер нервному, — ты зря нудишь, как старый дед. Лучше помолчи. И так голова трещит.

Сверху послышался весёлый гогот:

— Да, лихо тебя стерва по голове скалкой огрела!

Кучер поморщился, но не стал никак отвечать. Некоторое время они снова мчали в тишине, прислушиваясь только к скрипу колес и лесному шуму.

Неожиданно лошади резко остановились, встав на дыбы. Кучер закричал на них, не понимая, в чем дело.

Повозка накренилась, но умело управляя поводьями, тому удалось не дать ей завалиться на бок. Они встали полубоком к дороге, а лошади тревожно ржали и били копытами.

— А это что ещё такое? — поднимая заряженный лук, проговорил верхний.

Остальные посмотрели вперед. Чуть дальше от лошадей крутился золотой песок, всё поднимаясь по спирали вверх. В считанные секунды, когда вихрь рассеялся, перед ними предстал мужчина в обычной одежде, но с короткими золотыми волосами и такого же цвета рисунком на руках.

Он посмотрел на свою ладонь. Лежащий на ней серебряный браслет рассыпался золотыми песчинками в сторону повозки, и золотоволосый устремил злой взгляд на похитителей.

— Демон? — кучер уставился в полностью залитые тьмой глаза.

Над головами напарников лучника со свистом пронеслась стрела. Появившийся мужчина сначала равнодушно взглянул на воткнувшийся в его грудь трёхгранный наконечник, но потом, цокнув языком и взяв за древко, резко выдрал его. Сквозь появившуюся прорезь в ткани рубашки было видно, как рана, искрясь, затянулась.

Сама же стрела в его руке раскрошилась ржавыми хлопьями.

— Меня этим не убить, — голос угрожающе зашипел, а рот исказился в жуткой ухмылке, демонстрируя зубы, — Какие знакомые лица. Решили сменить деятельность с вышибал на похитителей? Зря.

Мужчина рассыпался золотым песком. Испугавшись сильнее, лошади заржали громче и, выломав разрушающиеся от ржавчины упряжь и оглобли, умчали в лес.