Первая ночь для дракона

— Если мы тут не задохнёмся раньше, — остудила её графиня фон Штейн, вытирая испарину со лба. — Клянусь, Лора, если мы ничего не найдём, я придушу вас своими руками.

— Попробуйте, — дёрнула я плечом.

Присела на какой-то пыльный выступ, чтобы отдохнуть. Пальцы от постоянного ощупывания камней уже ломило, затёкшая от полусогнутого положения спина закаменела. Эфри тоже расселись кто где, зыркая то друг на друга, то на меня, то на саркофаг шутницы-прабабки. Чего она от нас хочет? Мы тут как ищейки уже всё обнюхали.

Слегка переведя дух, мы вновь принялись за поиски. И девушки уже начали возмущённо ворчать, решая, что здесь точно ничего нет и мы лишь тратим время, как из противоположного от меня угла донёсся ошарашенный голос Николь:

— Я нашла! Нашла что-то. Тайник! Только не пойму, как он открывается… Подождите.

— Помочь? — К ней подошла Маргит.

И они обе сосредоточенно засопели. Наконец что-то щёлкнуло — и северянка радостно взвизгнула.

— О! Да неужели! — разочарованно всплеснула руками Эбреверта.

— Это она, что ли, истинная хозяйка Кифенвальда? Правда? Наверное, ведьмины чары испортились со временем и выбрали не ту. Когда-то это должно было случиться.

— Учитесь проигрывать, ваше сиятельство. — Я прошла мимо неё.

А графиня явственно попыталась наступить мне на подол, но не успела. Николь стояла под одним из светильников, сжимая в руках весьма увесистый ларец, украшенный таким замысловатым серебряным орнаментом, что нужно было долго приглядываться, чтобы понять, что он изображает.

Какие-то змеи, что ли, побеги, листья. Всего на нём было в достатке — в глазах рябило, — а вот замочной скважины не было. Ни единого отверстия.

— И как же он открывается? — нахмурилась вскрывшая тайник Маргит, отряхивая руки. — Там больше ничего нет?

— Нет, — покачала головой Николь, так и эдак поворачивая шкатулку. — Чего вы ждали: записку с указаниями?

— Позволите? — Я протянула руку.

Наверняка там есть какой-то скрытый рычажок: надавишь — и ларец распахнётся. Хотя он может открываться и по какому-то заклинанию.

Но разве кто-то из нас его знал? И уж точно никто не был ведьмой. Лишь бы не пришлось открывать силой. Жалко же ломать.

Николь чуть замешкалась, поглядывая на меня с сомнением, но шкатулку всё же отдала. Я повернула её, встряхнула, слыша, что внутри явно что-то есть, и вновь принялась ощупывать неровную от узоров поверхность. Нет, что-то точно должно быть!

Я сунула пальцы под каждую из маленьких ножек ларца, постучала по дну — ничего.