Попаданка и дракон. Будем жить

Не-е-е… версия ангелоподобного состояния трещала по швам!

Я метнулась в сторону, чтобы не мешать людям, обнаружила рядом с лавкой птицелова разбросанные по земле клочья соломы и принялась тщательно тереть об неё ботинок.

– Эй-ей! – выскочила из-за чирикающих клеток сухая, как жердь, и чрезвычайно злющая тётка. – Не для тебя постелено!

– Извините! – умоляюще сложила я руки. – Мне нужно подошву почистить. В навоз наступила.

– Нужно ей, – недовольно сообщила женщина, обращаясь к ближайшему щеглу. Потом повернулась ко мне и хмыкнула: – Под ноги смотреть кто за тебя будет? Чай, не паркеты тут!

– Ну, вот… – пожала я плечами.

– Издалека к нам? Вижу, что издалека, – торговка милостиво улыбнулась. – Так всё одно не отчистишь. Иди во-о-н туда, на второй ряд. У артефакторов поспрашивай средство подходящее.

Я поблагодарила за совет, шагнула уже в сторону, но помедлила, увидев задвинутый под прилавок ящик с нахохлившимся птенцом удивительного цвета майской сирени.

– А это кто? – удивилась. – Попугай, что ли?

Никогда не видела птенцов попугая.

– Не пугайся, – вздохнула женщина, скосив глаза на птичку, – больной он. Кошке собиралась отдать, да не стала, вдруг она сожрёт и заболеет.

Я присела, рассматривая необыкновенного птенца, а тот открыл глаза, поднялся на нетвёрдые ножки и широко разинул клюв.

– Он голодный! – воскликнула я. – Покормить бы.

– Умная ты больно, – сердито констатировала торговка. – А то мы не пытались. Не берёт ни яичный желток, ни рубленую зелень.

– Сколько стоит? – оживилась я, вспомнив про спрятанный в кармане кошелёк.

Птичница окинула меня критическим взглядом и махнула рукой:

– Дарю! Вылечишь – хорошо. А сдохнет, так и не за что платить. Иди-ка поскорее. А то твоя вонь всех покупателей распугала.

Я поблагодарила, взяла в руки дрожащее, покрытое сиреневым пухом тельце и поспешила дальше. Нужно было срочно найти местных чародеев. Не только подошву очистить, ещё и что-то укрепляющее для птички выпросить.

Глава 4. Полезные знакомства

Так называемый ряд артефакторов сильно отличался от всех остальных. Здесь было чисто и тихо. Стоило мне перешагнуть невидимую границу, как шум торговой площади потерял значительную часть децибелов, будто мне затычки в уши вставили. Я поковыряла мизинцем в ушной раковине и головой потрясла, удивившись эффекту. Гомон стих, зато я прекрасно слышала, как под ногами поскрипывает дорожка.