Пара для чудовища

Сверху в творческом беспорядке рассыпаны писчие перья и фантики от конфет. Пользоваться этой машинкой пыток очень непросто, все ж ручка или карандаш гораздо удобнее. Но формулы заклинаний необходимо прописывать исключительно перьями, так что… шоколадки помогают мне заесть стресс и начать сначала.

Перебирая бумаги, попутно навожу порядок. Заглядываю во все ящички и даже смотрю на книжной полке. Конверта с грантом нигде нет.

Странно, ведь я забирала его из общей стопки корреспонденции.

Перепроверив заново все ящики, подбочениваюсь и напрягаю память.

А точно ли забирала? Да, никаких сомнений! И уйти своим ходом письмо никак не могло.

Предчувствуя неладное, выбегаю прочь из комнаты и быстрым шагом иду в гостиную. Мамы там нет. Проверяю на кухне. Когда мы распрощались с поваром — единственным, кто оставался из служебного персонала — маме пришлось взять на себя помимо уборки дома еще и готовку. Я конечно же ей помогала, но она часто отмахивалась от помощи и гнала меня заниматься. В моей идее поступать в академию она поддерживала меня больше, чем отец.

Замечаю ее сразу же, как переступаю порог.

Цветастый фартук, который папа терпеть не может, тонкая фигурка, заколотые в пучок густые каштановые волосы. Она замешивает тесто на блинчики и напевает знакомую мне с детства мелодию.

— Мама, ты не заходила ко мне в комнату? — с ходу перехожу к делу я.

— Нет, — отвечает, не оборачиваясь. — Ты уже собрала вещи? Лорд Грайборг пришлет за тобой карету завтра к обеду.

Стискиваю зубы от досады.

Еще один «пунктик» помимо оплаты всех наших долгов. Поверенный дракона заявил, что деньги будут переданы, как только я перееду к истинному. Я по наивности ожидала этого не раньше церемонии бракосочетания, но папа конечно же торопился заключить столь выгодную сделку.

— Мам, посмотри на меня…

Ее спина напрягается, а движения ложкой становятся медленнее.

— Пожалуйста.

Она вздыхает и оборачивается.

— Алайна, не усложняй. Браслет рун знатного дракона — лучшее, что могло с тобой приключиться.

— Ты хотела сказать — богатого. Так-то, мы тоже знать голубых кровей.

— Не ерничай. Ты поняла, что я имела ввиду.

— Но я не хочу этого! Мне нужно поступить и выучиться, чтобы вырваться из порочного круга бедности и зависимости от кого бы то ни было. Всего три года академии! Разве я много прошу?

Мама хмурится и вновь отворачивается. Будто смотреть мне в глаза боится.

— Уже все решено. Если твой истинный позволит, может и отучишься.

Я молчу, жуя губы.