Пара для чудовища

Хоть мама и обнадеживает, что со временем руны на плече пробудят чувства, но мне в это плохо верится. Даже если сам дракон окажется хорошим человеком, я всегда буду содрогаться от ужаса, глядя на его уродства.

Не зря ведь он носит маску на пол лица! И слухи о нем не могут быть беспочвенны.

Что же делать?..

Совершив пару глубоких вдохов-выдохов и немного успокоившись, я отправляюсь к себе в комнату. Хочу перерыть бумаги на столе, откопав письмо, пришедшее в прошлом месяце. Тот самый грант на льготное обучение, в который могу вписать свое имя.

Доски пола скрипят в ответ на мои шаги — старенькие половицы не заглушают звуки. Наш особняк уже давно потерял былое величие. Род Эсмонд обеднел еще при моем прадеде, совершившем несколько убыточных вложений и плохих сделок. А трое его сыновей разбазарили все, что осталось. Никто из них за жизнь не опустился до работы. Видно думали, что сейфы пополнятся как-нибудь сами по себе.

У деда Абрахама не было детей, а Визард — средний брат — умер в возрасте тридцати лет, не успев обзавестись потомством. Единственным наследником остался Люциан — отец моего папы и тетушки Нинель. Она вышла замуж за истинного и уехала в южную империю драконов.

В ветхом осыпающемся особняке остались только мы. Получается, что мужская линия прервется на Никоне, моем младшем брате. Он с рождения сильно болеет, практически не вставая с постели.

Порой кажется, что род наш кем-то проклят. Ведь очень скоро он погаснет, будто его никогда и не было.

Наверное, проявившийся на моем плече знак истинности — единственная удача, приключившаяся за десятки лет. Не хочется этого признавать, но я начинаю понимать поведение родителей. И от этого во сто крат обиднее.

Я ведь правда что-то вроде мешка с золотом, решающим многие проблемы родни. Но даже если так, почему эту жертву должна принести именно я? За что Богиня связала меня в пару с чудовищем?

Попав к себе в комнату, тяжело вздыхаю.

Здесь светло и пахнет пионами. Любимые цветы — одно из немногого, что могу наколдовать. Драконья магия проявляется во мне очень слабо, хотя наш род чистокровен. Просто любые способности надо развивать. Академия в этом как раз и помогает.

На письменном столе творится настоящий кавардак. Книги, старенькие учебники, взятые в библиотеке, кипы листов пергамента, на которых я тренируюсь вести расчеты из сборника заклятий.