Избранница Хозяина холмов

Помощница вархасски, смущённо озираясь, недалеко прошла в гостиную часть покоев, будто пол был усеян горячими углями. Поклонилась почтительно и протянула аккуратно сложенные рубашку и тунику Атайра.

— Донья Тавиана просила передать спасибо за заботу.

— Как она себя чувствует? — Атайр взмахом руки велел слуге забрать у девушки вещи.

Та как будто растерялась от неожиданного вопроса.

— Донья Тавиана чувствует себя хорошо. Устала только.

Лелия робко улыбнулась и после очередного поклона удалилась.

Ещё перед тем, как разойтись по своим покоям, отец успел сказать, что желает видеть у себя Атайра перед ужином — видно, для серьёзного разговора.

Да, им многое придётся обсудить. А начать стоило с того, чем же после того, как боги высказали свою волю, обернётся неизбежный союз Вархассии и Глиннхайна. Теперь советник Лисварх будет рассчитывать на помощь горцев ещё больше.

Гадая, что же всё-таки может сказать отец, Атайр отправился к нему в покои, но оказалось, его величества там нет. Он решил прогуляться в роще перед ужином, как будто за весь день мало было прогулок.

Чувствуя, как слегка гудят ноги, Атайр отправился на поиски отца. Но едва успел дойти до главной галереи, что протянулась почти через всю восточную стену Сеоха, как услышал хорошо знакомый голос. К нему он за день привык так, что теперь, наверное, и ночью на постели подскочит, если тот прозвучит рядом.

Первой мыслью было просто пройти мимо. Пусть вархасска гуляет себе, пусть обсуждает, с кем ей пожелается, всё, что сегодня случилось.

Но когда вместе с голосом Тавианы вдруг тихо и угрожающе громыхнул мужской, он остановился. Нет, это был не Харелт: друид разговаривает совсем по-другому. Возможно, советник Лисварх решил походя за что-то отчитать дочь. Но почему здесь — словно скрываясь?

Колкое подозрение скупе с нехорошим прогорклым ощущением в горле только нарастало, чем ближе подходил Атайр к небольшому эркеру галереи, где и укрылись собеседники.

— Хватит, Илари! — слова Тавианы так и пыхнули гневом.

— Что же, всё теперь будет по-другому? — яростным шёпотом ответил мужчина. Тот самый стражник, о котором уже успели немало рассказать Атайру раньше. — Всё, зачем я отправился за тобой. Ради чего таскался за твоим отцом, пытаясь угодить, чтобы он взял меня с собой в Глиннхайн, — всё теперь не имеет значения?

Атайр приостановил шаг за миг до того, как его увидели бы. Прислушался, чувствуя, как горячо качается жгучая горечь в груди.