Звезда Амонтильера. Возвращение

А утром просыпался, шел на раннюю тренировку, потом тренировал мелких вместе с Льеном, а в свободное время читал про Орден полуденных все, что удалось раздобыть в библиотеке. Он осунулся и похудел за это время, и под глазами у него прочно залегли черные тени. Впрочем, четверка выглядела не лучше. Только Льен умудрялся сохранять бодрый вид и поддерживать остальных, хотя у него было так же тяжело на душе. От отца он получал несколько больше новостей, чем рассказывал друзьям. И количество выживших для него не было секретом.

Как ни странно, работать в паре у заклятых врагов получилось хорошо. Если Кириан блистал умением мгновенно навести дисциплину и задать ориентиры, то Льен, как никто, умел донести знания в такой форме, что мальчишки сами кидались выполнять сложные задания, лишь бы его порадовать. Он любил своих подопечных.

И Кириан, до сей поры считавший свое командирство обязанностью и ответственностью, волей-неволей заражался этим его отношением. Их совместные занятия действовали на него успокаивающе, и после них он с новой силой начинал верить, что все еще будет хорошо.

Но дни шли, надежды почти не осталось. Вернулся ректор, но утешительных новостей не привез и он.

Прошло почти два месяца с отъезда Иллис. Надеяться теперь можно было только на чудо.

Каждый день парни из команды Норриана сидели под тем самым деревом. Но теперь сидели молча. Разговор не клеился. Даже Льен, вопреки своему всегдашнему оптимизму, кажется, сдался.

Ее нет среди погибших.

Мысли Кириана отличались ненамного. Но скоро и эта мантра перестала помогать. И наконец, он не выдержал… Последние несколько дней его не было видно ни на тренировках, ни на занятиях. Он пропадал неизвестно где и заработал несколько устных взысканий подряд. Но это его не заботило. Льен нашел его в конюшне, проверяющим упряжь своего коня.

— Далеко собрался?

Кириан вздрогнул от неожиданности, но не прекратил перебирать упряжь.

— В Орден… для начала.

— Они не станут… с тобой разговаривать, — покачал Льен головой. — И Академия. Вылетишь за самовольный отъезд, помнишь? — Он и сам понимал, насколько неубедительны для собеседника его доводы.

— Значит, вылечу, — спокойно ответил Кириан. — Тебе придется самому пока вести тренировки. Прости.

— А что отец скажет?

— Плевать.

— Когда уезжаешь? — Льен не пытался его отговорить. Бесполезно.