Ведущая на свет

Я редко это делаю, но вот сейчас слезы, разочарованные, обжигающие, текут по моему лицу чуть ли не ручьями.

Джо же уже вскочил со своего кресла, преодолевает последний разделяющий нас шаг и притягивает меня к себе, практически принуждая к тому, чтобы я уткнулась носом в его плечо.

— Ну ты чего, глупая? — шепчет он, поглаживая меня по спине. — Реветь? Из-за такой ерунды?

— Не ерунды-ы-ы, — всхлипываю я, пытаясь отстраниться — мне реально жалко топить своими соплями его рубашку. — Я тут с тоски сдохну-у-у, пока дождусь назначения.

Между прочим — не вру. Я только рисованием и спасалась в первый месяц без работы. И никогда бы не подумала, что мне может надоесть рисовать, но к концу второго месяца я поняла - бывают и такие невозможные события. Просто устала. Хотелось заняться хоть чем-то.

— Рози, ну не могу я, не могу, — это Джо выдыхает чуть ли не с тоской, — я просто думаю о твоей безопасности.

— Ты просто не хочешь со мной работать, — неосторожно вырывается из моего рта. — Джо, ты ведь тоже считаешь, что я сама налажала с молитвой за Генри? Тоже считаешь, что есть те, за кого можно молиться, а есть те, за кого вроде как и необязательно, да?

Джо будто откусывает себе язык при этих моих словах.

— Ну ясно, — оказывается, если утроить сопротивление, можно вылезти из самой крепкой мужской хватки.

Я отхожу к окну, отворачиваясь и стирая слезы с пылающих щек. Не хочу выглядеть перед ним — да и вообще перед кем бы то ни было - вот такой вот расстроенной.

В конце концов, у меня еще есть ключ. Можно сгонять в архив, взять нужные справки и все-таки сбежать в смертный мир к Генри. И попробовать помочь ему держаться уже там, возможно, так будет эффективнее, он ведь будет рядом.

Ладони Джо ложатся на мои плечи, приобнимают за них.

— Рози, ну не обижайся, — умоляюще шепчет Джон, опуская подбородок на мое плечо, — дело не в том, что я считаю.

— Я не обижаюсь, — пусто откликаюсь я, — я просто устала, Джо.

— Ну и какая тебе в таком состоянии работа? — тут же не удерживается мой друг.

— Ну сам ты завтра на работу выходишь, — занудно откликаюсь я, глядя на солнце, зависшее так близко к линии горизонта.

— Я серафим и одарен благодатью, — напоминает Джо, — у меня скорость восстановления выше. И это ты тоже знаешь.

— Нет разницы, — я качаю головой. — В Лимбе есть правила. Если я хочу работать — я могу работать.