Право на жизнь

Мне не изменить будущее, но выбрать лучшее настоящее в моих силах! А значит, и складывать руки рано. У меня еще есть силы бороться, сделать этот мир хоть для кого-то немного светлее.

Воин и лекарь, хаос и созидание идут разными путями, но иногда они пресекаются. То, что несло жизнь, однажды может стать на службу смерти. Магия крови. Давным-давно первые лиаро в поисках утраченного после Исхода пути к миру снов обратились к волшебству, заключенному в струящейся по их венам жидкости.

Юнаэтра извратила древние знания, создала чудовищную игрушку — людей, способных черпать могущество из чужих жизней.

Меня поражало, сколько у нее появилось последователей! Что толкало малефиков на этот путь?! Жажда власти и долголетия для избранных? Ощущение превосходства, когда остальные — пыль под ногами, корм? Любопытство исследователей? Отчаяние? У меня не укладывалось в голове, как можно просто так — не в запале гнева, не защищаясь, с холодным рассудком, по расчету — лишить жизни другого человека ради сиюминутных амбиций!

Не укладывалось ли?

«Бедная маленькая охотница.

Ты позволила убить ее, чтобы спасти собственную шкуру».

Я спросила у Исхарда, но тот мрачно отмахнулся, посоветовав не пытаться понять фанатиков с промытыми мозгами, готовых на все ради расположения Матери-Спасительницы.

Убить другого человека по разрешению свыше, веря, что эта жертва пойдет на благо? Но солдаты и алые тогда тоже… «фанатики»? Их ведет приказ королей, сеньоров, Альтэсс. Пусть они убивают таких же «воинов»: на поле боя или в миру, когда те угрожают спокойствию существующего строя, нарушая право государство на исключительность владения оружием, а малефики — еще и обычных людей, собирая силу для битвы, но… есть ли разница?

Есть ли вообще достойная причина, чтобы оправдать чужую смерть? Я все больше и больше убеждалась, что война — это безумие.

«Сила драконов лишает рассудка».

Магия крови производила схожий эффект.

На одном из уроков наставница Хардел показывала юным ученицам людей, употребляющих дурман-траву.

Безобидные «овощи», погруженные в сладкие грезы, они впадали в помешательство, стоило не получить новую дозу, были готовы на все — ложь, воровство, убийство… как дикие звери. Самое страшное, что спасения почти не было. Избавиться от зависимости удавалось только в начале… после одного-двух приемов.

Я не знаю, теряли ли малефики разум, когда шли на противное природе преступление, либо же соглашались стать магами крови, оттого что изначально перешагнули грань безумия.