Право на жизнь

Зелья, блокирующие связь с миром снов, яды, маги-люди — Юнаэтра и ее помощники из Братства хорошо преуспели в изучении свойств крови, но они оказались далеко не первыми, просто подхватили эстафету, развили и преумножили то, что лиаро создали до них.

Я заглянула в конец. Трактат написали более двух веков назад.

Понятно, почему сестра не заинтересовалась случившимся в Шахтенках. Небось уже знала о похожих исследованиях хранителей памяти или вытребовала нужные документы сразу после моего доклада.

Все это было безумно интересно, но не решало внезапно возникшей у меня проблемы.

Vera Orshol. Жить в его дурмане оказалось спокойно и легко, но любое лекарство имеет ограниченный срок действия… и неприятные побочные эффекты.

Я стала бояться своих снов.

Ничего не исчезает бесследно, и чувства, что во время бодрствования оказались скованы надежным цепями эликсира, ночью получали свободу, придавая видениям особую яркость и остроту. Иногда мне мерещилось, что именно во снах начиналась настоящая жизнь, а серое прозябание в столице северного клана, наоборот, бесконечная затянувшаяся дрема.

Я боялась засыпать. Но жить без сна потомки Древних так и не научились. Человеческие разум и тело нуждались в отдыхе. И когда их требования становились до того настойчивыми, что бороться не хватало сил, единственным спасением было пересечь границу неконтролируемых пророчеств Мараны и вырваться в мир Древних.

Алис, конечно, по-прежнему дежурила возле меня, но ее защита ослабла. Да и сама кошка в последние дни выглядела неважно: много спала, практически не ела — и о причинах внезапной хвори приходилось только догадываться. Неужели Спутницу чем-то траванули близнецы? Маловероятно, потому что ребята не выходили за рамки злых, но все же шуток, а после «красок» и вовсе прижухли, но полностью исключать такую версию я не могла. Как и то, что на Алис негативно сказался местный климат и отсутствие свободы перемещения.

Если состояние кошки не улучшится, придется отослать ее в Южный Храм. Правда, сама Спутница вряд ли одобрит эту затею, ведь тогда я останусь в северной столице совсем одна.

Словно прочитав мои мысли, свернувшаяся на подушке Алис приоткрыла один глаз и вопросительно муркнула. Я почесала ее за ухом: «Отдыхай, все в порядке, а хозяйка еще позанимается».

Рассвет застиг меня за книгой.